— С чего бы это? — Киллиан, нельзя быть таким ужасным человеком. Я смеялся сам над собой.

— А вот это, ты нам и расскажешь, — в комнату вошел Клод. Я все так же не поворачивался. Я почувствовал приближение друга. Он стоял близко.

— Ты же прекрасно знаешь, как она смотрит на тебя. И ты спишь с той, что предала тебя? — Шипит друг. Откуда он узнал?

— То, с кем я и как сплю, тебя не касается, а что до Охман, мне на нее наплевать.

Приближалось время гонки. Ничего особенного для меня, за то целое событие для Нормана. Эти двое придурка потащили меня раньше времени к этой Мэлоро и той вороне Кауфман, которая ходит за ней хвостиком. Норман буквально ломился к Охман в дверь. Они соизволили нам ее открыть, спустя только десять минут и перед нами привстала сама хозяйка. Мэлоро была почти что без одежды и мне едва хватило сил не сожрать ее глазами. Но как бы она не поступила, при одном виде ее сексуальных трусиков, у меня был каменный стояк, а спрятать это очень и очень сложно, увы.

— Оу, какой вид, — Норман осмотрел ее с ног до головы. Девушка на долю секунду замешкалась, пытаясь понять, что не так, но вскоре очень быстро сообразила. Ее щеки залились румянцем.

— Не совсем похоже на то, чтобы ты была готова. — Я не удержался и выпалил что первое пришло в голову и этим я заставил ее врасплох.

— Мэл, прикройся! — Ее черноволосая подруга вылезла вперед Охман и толкнула ее за дверь. — Если бы вы, идиоты, не названивали бы нам по пять раз в секунду, чертовы скорострелы, мы бы успели и одеться и пожрать и порно посмотреть!

Перед лицом друга захлопнулась дверь, Норман явно выпал с ситуации. Я не сдержался, чтобы не заржать.

— Такого я не ожидал… И в эту девчонку еще влюблен Скотт? Мазохист и самоубийца!

Я засмеялся еще сильнее и друг, когда спускался за мной был очень удивлен.

— Тебя что, Кауфман за зад укусила? Ты заразился от нее бешенством? — Я закатил глаза.

— У меня просто хорошее настроение.

* * * * *

— Итак, запоминай: вы ведете игру не только во время гонки, но и игру между собой. Вы должны быть открытыми, должны улыбаться друг другу и поддерживать. Никаких "но", "а если", "что?" и тому подобное не принимается, ясно?

Охман что-то пробубнила себе под нос и бесцеремонно плюхнулась ко мне в салон на сиденье. Наверное, я бы ее убил, не будь она такой жалкой в том положении, в котором она есть. Я мельком взглянул на нее и ее испуганный взгляд немного ввел меня в ступор. Я хотел, чтобы она меня боялась, но от этого я не получаю никакого удовольствия.

В машине приглушенная тишина и запах ее кожи почти сводит меня с ума. Этот черный шел к ее лицу и… Я заблокировал двери и нажал на газ, гонка началась.

Это были самые первые воспоминания о ней. Я встал к окну, чтобы увидеть Флоренс таким, каким он был на самом деле, а не таким, как представляла его Мэлоро. Наши взгляды расходились почти во всем — это так она сказала бы мне. Я и сам не до конца понял, что мы были абсолютно одним целым. Мне хватало одного ее выражения лица, искры в глазах, которые она даже не скрывала, в отличии от меня, чтобы почувствовать к ней теплые манящие чувства. Я сторонился их, но понял, что сторонился только себя.

Прошло пол года с момента ее исчезновения. Да. Я был уверен, что она выжила, хоть даже это и глупо предполагать. Все эти пол года я не общался ни с одним из моих друзей. Они не хотели меня видеть. Даже Кристина. Мою квартиру давно не оглушал звонкий смех Кэм и очередные скандалы Охман с Клодом или Норманом. Я жалел, что не сказал ей почему все это произошло. Я не хотел действовать по плану. Я думал поговорить тогда с ней в лесу. Но он бы не дал этого сделать. Он был рядом. Мэлоро сойдет с ума, если узнает, кто на самом деле убил ее сестру. Мне было проще взять вину на себя. Только один человек знал правду и то, даже не смогла пережить то, что я сделал сам.

Шесть месяцев назад…Это было будто вчера. Когда она сидела над телом Бони. Когда она смотрела на меня. Когда она летела в обрыв. В глазах была лишь боль. Я понял — я даже близко не стоял с ней, даже во время смерти отца. Я не потерял так много, как потеряла она. Она осталась почти что одна. Она осталась сама себе певицей. А я знал. Она прекрасно поет. Я слышал, как она пела мою любимую песню. Я понял слишком поздно.

Я сделал глоток виски. В Мустанге поменялись какие-то правила, Кэм дала название боям. Я был в курсе всего этого только через газеты. Кауфман добралась до отдела редакции и Скотт помог ей открыть свою маленькую кантору. Парню двадцать три, а у него скоро появиться сын. Да. Иногда, я задумывался над этим. Хочу ли я этого? И приходил к одному — я бы искренне хотел вернуть Бонфити с ее прекрасной улыбкой и серыми глазами, которые так похожи на глаза старшей сестры. Они так же излучали добро и радость. Я хотел бы вернуть их и оберегать. Но я виноват. Я знал это и не отрицал.

Новости полугода: Скотт сделал Розали предложение, а та разрыдалась и просто ушла, не ответив. Она плакала не слезами радости, а слезами горя. Тогда она прибежала ко мне, зная, что тут ее искать не будут и призналась, что в этот момент, она представляла, что рядом будет Мэлоро. Она призналась, что если бы родилась девочка, она бы назвала ее именем двух сестер, но назвала вторыми именами. Моим, Мэлоро и Бони. Знаете, как будут звать малыша? Нео Эни Рут Льюис, мать его. Сплошное ходячее напоминание.