Разведсводку Северов уже изучил, поэтому только кивнул. Что сделано, то сделано. В части подготовки к конфликту все шло по плану, достичь чего-то принципиально большего нереально. К конечном итоге, Олег надеялся, что агрессию извне удастся сдержать, потеряв, разумеется, часть территории. Хуже было с врагом внутренним. В его наличии можно было не сомневаться, а вот насколько он силен и что предпримет, информации не очень много.

– Планы потенциальных заговорщиков мы спутали серьезно, когда ликвидировали наиболее одиозных военных оппозиционеров, – продолжал коммандер. – Проникновения в Венесуэлу кураторов от американской разведки не выявлено, но это ничего не значит. Можно не сомневаться, тут они, голубчики, повылазят, как начнется. С большой долей вероятности можно сказать, что значительная часть армии на стороне президента. Недовольные наверняка есть, но их немного и они уже не организованы. Можно предположить действия бандформирований, а также провокации с целью вызвать массовые беспорядки. Этим местная полиция занимается, им, кстати, советники из соответствующего нашего ведомства приставлены.

За разговором незаметно подошло время выдвигаться на встречу с президентом. Тот пребывал в хорошем настроении, излучал оптимизм, причину которого Северов уже знал. Ромуло Гальегос получил послание от Сталина, в котором глава Евразийского союза постарался ободрить своего заокеанского партнера перед возможным обострением отношений с США и обещал усилить военный контингент, если возникнет такая необходимость. Олег знал, что это дипломатический ход, гнать армию через океан Верховный не станет, для того и отправил своего доверенного и проверенного генерала, чтобы тот обошелся минимальными средствами. В СССР все, кто входил в ближний круг правильно понимали ситуацию, а вот остальные либо считали назначение своеобразным понижением, либо наоборот, очень сложным поручением, на котором легко себе шею свернуть. Северов рассказал о своей поездке, не упоминая, правда, о неожиданно возникшей проблеме с родственницей маршала Дутра, но Гальегос газеты читал и был в курсе. Пришлось пообещать познакомить его с женой, тем более, что про летчицу, возглавлявшую пилотажную группу, он тоже знал. На базу вернулись уже ночью, но аппаратура слепой посадки работала нормально, ведомый ночью ориентировался хорошо, никаких проблем не возникло. Дежурный сразу доложил, что Горностаевы благополучно прибыли и размещены в специально снятых для них апартаментах в престижном районе столицы штата Сулия, лейтенант Северова с ребенком находится у них. Хотя Олег и устал, но ночевать хотелось рядом с женой и ребенком, генерал вызвал машину и Самарин быстро домчал его до дома, где разместились тесть и теща.

Дверь Настя открыла сама, в прихожей нарисовалась вся троица – жена, кот и ягдтерьер. Первая повисла на шее и удостоилась долгого поцелуя, остальные принялись тереться об ноги.

– Тихо, мама с папой уже спят.

– Мишка как?

– Нормально, только что покормила, теперь до утра проспит. Есть хочешь?

Северов отрицательно покачал головой и еще раз поцеловал жену.

– Я чайник согрела, будешь?

– А вот чайку с удовольствием выпью.

Халат Настя набросила без пояска, так что когда хозяйничала у стола, полы распахнулись. Перехватив взгляд мужа, молодая женщина улыбнулась:

– Видишь, какой животик плоский, будто и не рожала. Василиса за меня серьезно взялась, да я и сама старалась, не хочу вислопузой ходить.

– Скажешь тоже, – хмыкнул летчик. – Слово-то какое нашла! Вислопузая!

– Уже нет, но все эти месяцы гимнастикой занималась, в бассейне почти каждый вечер плавала.

– А вот, кстати, все хотел спросить, как ты в бассейн ходишь, купальника же у тебя нет?

– Так мы по вечерам, когда никого нет. Василиса там детей тренирует, ей разрешают.

Жена Петровича училась в государственном дважды орденоносном институте физической культуры им. П.Ф. Лесгафта, хотя с двумя детьми это было непросто. Но Василиса была человеком целеустремленным и неглупым, так что в круглых отличницах не ходила, но и в отстающие никогда не попадала.

В дверном проеме показался кот:

– Мрым!

Настя ушла в спальню, вскоре вернулась:

– Подгузник поменяла, Валера его убаюкивает. Еще чаю?

– Нет, хватит. Я смотрю, полосатый серьезно за наше дите взялся.

Молодая женщина тихонько рассмеялась:

– Ты бы их видел! Кот от Мишки практически не отходит, только по своим делам и быстро обратно. Когда врач первый раз пришла, не допустил до ребенка, пришлось мне вмешиваться. И потом все время следил, умора. Мама до сих пор под впечатлением.

– Ладно, пойдем спать. Тебе еще зачет штурману сдавать.

– А я уже готовлюсь, так что сдам, не сомневайся.

Когда Северовы зашли в спальню, кот в позе сфинкса лежал на стуле рядом с детской кроваткой, приоткрыл один глаз, муркнул что-то потихоньку, закрыл глаз и демонстративно отвернул морду от кровати. Дальнейшее его не касалось.

Утром Олег уехал раньше, чем проснулись родители жены, на работу в университет им надо было выходить в понедельник 20-го, можно позволить себе поспать. Перед уходом генерал велел жене собрать вещмешок на случай экстренного перехода в бомбоубежище, Настя молча кивнула, она понимала, что муж здесь не на курорте кости греет. К тому же родители могут и растеряться при воздушной тревоге, ведь они всю войну провели в эвакуации и что такое налеты почти не знали, да еще и забыли за столько лет. Так что лучше, чтобы все необходимое было под рукой, взяли и пошли.

А вечером Северов позволил себе посидеть в небольшом ресторанчике недалеко от места жительства тестя и тещи в их компании. Столик был заказан заранее, Олег решил побаловать родственников местной кухней. В небольшом уютном зале за столом расположились четверо взрослых, Михаил Олегович полеживал в коляске, рядом, как порядочный, сидел Валера, косясь на принесенные яства. Рекс сидел у ноги хозяина, ему была обещана миска с тушеной говядиной без приправ. Андрей Иванович и Наталья Николаевна еще не опомнились от быстрого перемещения из Москвы в Южную Америку, да и разница в часовых поясах давала о себе знать.