— Я готов, — сказал Феликс.

— Тогда пойдём, — ответил Сагдай, взяв свой бубен.

— А мы? — спросил Шелдон.

— Вы можете присутствовать.

Все вместе они пришли на поляну на окраине лагеря. По пути к ним присоединился помощник шамана Донир.

— Ты взял всё, что нужно? — спросил его Сагдай.

— Да, — кивнул Донир.

— Тогда приступим.

Оташ, Юрген, Неру и Шелдон стояли неподалёку. Лицо великого шоно выражало абсолютное спокойствие, Неру похоже было любопытно, а вот по юному принцу можно было догадаться, что он волновался. Впрочем, не он один. Феликс был бледнее обычного и, кажется, дрожал. Его волнение передалось и Юргену.

Донир достал кинжал и подошёл к Феликсу.

— Не нужно бояться, — сказал он.

— Я и не боюсь, — дрожащим голосом ответил мальчик.

— Вытяни вперёд руку ладонью вверх.

Феликс повиновался. Донир коснулся лезвием его запястья. Мальчик вздрогнул, но не проронил ни звука. Помощник шамана достал тряпицу и приложил к ране, затем протянул её Сагдаю. После окровавленными пальцами провёл по шее Феликса и его ладоням. Потом он извлёк из кармана пучок какой-то травы и приложил ране.

— Держи так, — сказал Донир. — Это остановит кровь.

Юрген бросил взгляд на Шелдона. Он, конечно, знал, что сарби могут бледнеть, но Оташа таковым он видел крайне редко, что уже отвык. Принц был бледен.

Когда подобный обряд проводился с Юргеном, ему всего лишь порезали мочку уха, но он знал, что на самом деле очищение требует иного. Шу понимал, что Сагдай действительно верил в то, что делал. Феликс совершил убийство, значит, теперь ему нужно было пройти через это.

В это время Сагдай измазал кровью бубен и колотушку и встал на колени. Трижды ударив в бубен, он проговорил:

— Конь мой, конь, ты поднимаешь меня к небесному шоно и вдвоём мы бежим по небу до самого солнца!

Ещё три удара.

— Подними меня. Позови всех.

Снова три удара.

— Поднимитесь выше гор, смотрите на озёра и реки, смотрите на леса, на небо смотрите.

Так Сагдай повторил три раза. Феликс зачарованно смотрел на него, прижимая к ране на запястье пучок травы.

— Обряд завершён, — произнёс Донир.

— Благодарю, — проговорил Оташ. — А теперь, может, нас накормят обедом?

— С превеликим удовольствием, — встав, ответил Сагдай.

Юрген видел, что Шелдону хотелось подойти к Феликсу, но он почему-то не решался этого сделать. Вместо него к Никсону подбежал Неру.

— Ты в порядке? — поинтересовался он.

— Да, — кивнул Феликс.

— А по тебе не скажешь, — хмыкнул Неру. — Краше в гроб кладут.

— Нет, со мной правда всё хорошо.

— Тогда пойдём обедать. Тебе точно поесть надо.

Шелдон развернулся и зашагал по направлению к герам.

— И кто кого переупрямит? — усмехнулся Оташ.

— Да тут ставки можно делать, — хмыкнул Юрген.

Обед, приготовленный женой Сагдая, был очень вкусным, и почти всё уже было съедено, когда в гер вернулся Омари и, пошатываясь, опустился на меховую подстилку.

— Эй, ты чего? — забеспокоился Неру.

— Да ногу подвернул, — ответил Омари, — ерунда.

— И как ты умудрился? — спросил Юрген.

— Тоже хочешь? — и амма взял последний оставшийся кусок лепёшки.

— Может, я посмотрю ногу? — предложил Донир.

— У тебя такая же, — с полным ртом отозвался Омари.

В этот момент в гер осторожно заглянул мужчина и проговорил:

— Великий шоно, Сагдай, простите, что я без спросу, но Омари тут?

— Тут, — ответил Оташ. — А что случилось?

— Так он ушёл так поспешно, а я его даже не успел поблагодарить.

— Поблагодари сейчас, если есть за что.

— Конечно, есть за что! Он же моего сына спас. Он, дурень, в яму провалился, а Омари его вытащил. Сам вон ногу повредил. Спасибо тебе, — и мужчина поклонился.

— Ты сыну скажи, чтобы впредь знал, какую дорогу выбирал, — ответил Омари.

— Да сказал и ещё скажу.

— Так ты у нас герой, — с улыбкой проговорил Юрген, когда мужчина ушёл.

— Если за это положено дополнительное жалование, то я согласен быть героем, — отозвался амма.

— Нет, героям у нас только почёт, — проговорил Оташ.

— Может, я всё-таки посмотрю ногу? — снова спросил Донир.

— Пап, давай он посмотрит, — сказал Неру. — Будешь отпираться, мы тебя будем держать. Нас больше.