— Вот, кстати, еще один момент, который мне хотелось бы уточнить с вами, леди, — замечает король, — что обозначали ваши слова: «это может плохо закончиться. Хуже, чем в прошлый раз»?

— Я имела ввиду тот раз, когда господин начальник охраны запрыгнул ко мне на подоконник вчера днем. Я не знала, что он — оборотень. Точнее, знала, — исправляюсь под внимательным взглядом Контрада, — но не думала, что конкретно этот бельчонок — и есть Дарзан. И уж тем более я понятия не имела, что господин начальник охраны теряет контроль над собой, находясь в своей звериной ипостаси! Так что, когда он обратился обратно в человека и оказался абсолютно голым… он недоумевал также сильно, как и я. А когда он услышал голоса работниц мастера Платьеццо, то выпрыгнул в окно. Дальше вы знаете.

И вновь я врала безбожно: конечно, в момент общения с защитой я имела ввиду «тот раз», что произошел пару минут назад. И включал он в себя угрозу монарху от представителя оборотней, угрозу оборотням от одного из правителей вампиров и смерть этого правителя от рук главного Архимага королевства…

Но и эта расшифровка тоже сойдет.

— Выходит, вы знали, чем может закончиться пробуждение начальника охраны — потому решили позаботиться об этом заранее? — склонив голову, уточняет Контрад.

Блин, это сложнее, чем я думала.

— Да, именно так, — подтверждаю его же версию, — а что с господином Дарзаном?..

— С ним все в порядке, можете не переживать, леди, — отзывается король, откидываясь назад и о чем-то задумываясь.

Некоторое время мы оба молчим. Я напряженно ожидаю конца следствия, а Контрад… Контрад думает.

— Вы больше ни о чем не хотите мне рассказать, леди? — наконец, спрашивает он.

— Что вы имеете ввиду? — чуть нахмурившись, уточняю.

— Например, ваш неожиданный вчерашний порыв в коридоре, — напоминает король.

О… когда я набросилась на него с объятиями?..

— Думаю, это последствия моего отрезвления, — сухо улыбнувшись, отвечаю; он же сам посоветовал мне «отрезветь» после нашего танца, — еще раз прошу за них прощения.

Контрад издает что-то вроде смешка — но более никак не комментирует мои слова.

Да, между нами пролегла огромная пропасть из лжи: как бы пафосно это ни звучало — но это факт. И перепрыгнуть эту пропасть — не так-то просто. Для этого необходимо иметь хоть немного доверия друг к другу…

А у нас с его величеством не было ничего общего, кроме тонны подозрений относительно догадок о происходящем у того, кто сидит напротив…

— Могу я задать вопрос? — спустя некоторое время, спрашиваю я.

— Конечно, леди, — мягко кивает Контрад.

Ага, значит, Марьянеллой он меня больше звать не будет?

То есть, это уже — официально?..

— Что мне делать с господином Дарзаном, когда он в следующий раз появится в моей комнате? — спрашиваю ровным голосом.

— Он более не появится в вашей комнате, — так же мягко отрезает Контрад.

— И все же? — продолжаю настаивать я.

— У вас есть основания не доверять моему слову? — чуть приподняв бровь над правым глазом, интересуется король.4e0863

У меня есть основание не доверять никому в этом мире.

— Признаться честно, я полагала, что он более не появится у меня и после первого раза. Но вместо этого у меня отняли имение, поставили под вопрос мою девичью честь, тетку, строившую против меня козни, вернули домой, и, ах, да! Господин Дарзан вновь появился в моей комнате.

Получил, ваше величество?..

Что на это скажешь своими монаршими устами?

— Так что, да, у меня есть основание не доверять вашему слову, — добиваю его уверенным, граничащим с надменностью, взглядом.

— Вы не сообщали, что голый молодой человек, замеченный в вашей спальне — это начальник моей охраны, — замечает король.

— Вы не спрашивали, — отбиваю спокойно.

— А вы умолчали об этом, — отбивает король.

— А вы даже не захотели выслушать доводы в мою защиту! — чуть повышаю голос, — Вам было легче отшвырнуть меня, как ненужную тряпку, в лапы своего королевского лекаря. Вы думаете, я забыла, как вы смотрели на меня в то утро?..

— О, теперь я уверен, что вы об этом помните, — вновь слегка откидываясь назад, протягивает Контрад.

Некоторое время молчим. Оба.

— Ваше имение никуда не денется. Оно останется за вами при любом исходе королевского отбора, — наконец, произносит король.

Незаметно выдыхаю. Не буду скрывать: услышав эту, в общем-то, лично для меня ничего не значащую новость, я ощутила облегчение.

Пусть я — не Марьянелла, и этот дом мне не принадлежит, но я рада, что справедливость восстановлена.