Отец и Богатиков обменялись долгим задумчивым взглядом.

– Это Седой!
– шепнул мне взбудораженный Ванька, поддавая мне своим острым локтем в бок.
– Точно, он! Выходит, он не погиб тогда, ещё задолго до нашего рождения!

Я кивнул. Конечно, потом может выясниться, что фотографию передал совсем другой человек, но мне твердо верилось - и хотелось верить - что это привет от Седого.