— Если ты про главного доктора, то он был лысый. Башка глаже, чем у Мыши под париком. А блондинок среди врачих было штуки три. Или четыре. Меня очень тщательно лечили, — с легкой ноткой ностальгии вспомнил Квазимодо.

— Э, что это вы такие забывчивые стали? — встревожился Жо.

— С возрастом склероз начинается. Кушай раков, — посоветовала Катрин. — В морепродуктах много фосфора. Очень полезно для памяти. Вот ты, например, можешь вспомнить — как зовут дочь моего покойного мужа?

— Ее зовут — Валери. Очень симпатичная девушка. Кстати, вот она как раз черноглазая, — обиженно сказал Жо. — Еще я летал на "Боинге" и ел чипсы. Если хотите меня проверить, почему не сказать прямо?

— Потому что предупреждать о проверке глупо, а мы и так в полной заднице, — объяснила Катрин. — Ква, ты когда понял, что дело нечисто?

— Сейчас думаю, что понял еще здесь, — одноглазый мрачно ткнул пальцем в песок под ногами. — Ты бежала как-то странно и слишком однообразно ругалась. Но если смотреть глазами... это была ты, вне всякого сомнения.

— О чем, черт возьми, вы говорите?! — возмутился Жо.

— Не смей ругаться, — Катрин погрозила мальчику половинкой лобстера. — Мы говорим о том, что среди нас двойник. Один на всех, но зато охренительно многоликий.

— Морок, — пробормотал Квазимодо. — Чары и сучья магия.

— Значит, необъяснимое природное явление ты исключаешь? — спросила Катрин, уже не скрывая интереса.

— Природное? — удивился бывший вор. — Не могли же мы все одновременно заболеть? Кто-то нам подгадил.

— У меня была мысль о психических отклонениях, — призналась Катрин. — Правда, я предполагала индивидуальное поражение. Шизофренический бред чистой воды. Уж очень я сильно удивилась столь внезапному одиночеству.

— Прости, — пробормотал Квазимодо.

— Эй, постойте! — в панике возопил Жо. — Это именно у меня шизофрения или вы всерьез говорите о том, что у нас колдун завелся?

— Медленно соображаешь, — упрекнула наставница. — Колдуны не клопы, чтобы ни с того ни с сего заводиться. Уж не знаю, можно ли этого гада колдуном называть, но, полагаю, он у нас давно пригрелся. Скажи, Ква — чтобы наводить такой морок, сильные личные чары нужны, или достаточно талисмана какого-нибудь?

— Не знаю, — признался одноглазый. — Я с настоящей магией практически не сталкивался. Талисманов, оберегов и зелий приворотных сотни видел. Но такие я и сам и сляпать, и продать могу. А вот про истинный морок только рассказы слышал. Теперь понятно, что за куклы Жо из уборной выудил. Мне бы тогда насторожиться...

— Забудь. Сейчас вопрос один — кто? — Катрин свирепо разодрала лангуста. — Нужно вычислить. Мы и так много времени потеряли.

Квазимодо кивнул:

— Да, нас троих можно исключить. У меня было подозрение, что кто-то из нас может быть фальшивым. Такому колдуну стать подменышем труда не составит. Например, настоящий "я", мог бы и на морском дне лежать, а то и в Скара в какой-нибудь канаве гнить.

Жо заерзал:

— Ну, это уж чересчур! Должны же быть разумные границы у этой магии.

— Должны, — согласилась Катрин, — но мы их не знаем. Кто? Кто этот иллюзионист задроченный?

— Сложно, — пробормотал одноглазый шкипер. — Хенка я исключаю. Я его, считайте, не один год знаю. Конечно, и он подменышем мог стать, но маловероятно. Вини? Вряд ли. Уж очень он хитрым парнем тогда должен быть. Зачем такие сложности? Толстяк нас еще на Тихой опутать мог.

— Да, на Штирлица он не похож, — согласилась Катрин. — Значит, кто-то из новых?

— Почему? — немедленно возразил Жо. — Голозадого забыли? Он на любую подлость способен. Выждал момент и теперь какой-то психотропный прибор использует. На "Квадро" тайник с оборудованием вполне может быть.

— У меня были мысли на этот счет, — кивнул Квазимодо. — Мы за рабом в последнее время совершенно не приглядываем. Он мог сюрприз приберечь. Правда, голозадый особой хитроумностью раньше не отличался. Хотя он себе "Квадро" вернуть так и мечтает.

— Угу, — Катрин задумчиво сунула в рот клешню, принялась сосать. — Кстати, вы какого хрена на запад рванули?

— Ты, в смысле, он, приказала. То есть, приказал. Пока мы сообразили, что тебя нет, пока решили где искать. Была мысль, что ты за борт свалилась. Потом еще компас барахлить начал. Пришлось электронный включать...

— Ладно-ладно, потом расскажите. Зачем голозадому на запад идти? Он уж скорее к Тихой потянется. На родном пепелище рыдать.

— Хотел запутать, — азартно предположил Жо. — Разве не версия?

— Версия, — Катрин глянула мрачно. — Можно оставить как рабочую гипотезу. Я в одну случайность не верю. Голозадый не стал бы меня облизывать. У него, хм, и любовные интересы, и техника другие. Полагаю, понимаете, о чем я говорю. Зеро — совсем не котик.