Максим прижал руку к груди, намекая на абсолютную искренность.

— Вот, правда! в любое другое время сразу бы ушел! Еще и извинился! Но тогда я не смог этого сделать. Мы же с тобой еще не договорили! В баре начинали вновь скапливаться заказы, в следующий раз я тебя набрать смог бы не скоро. Ну и показал ей… неприличный жест. А потом и ее подругам. Стало шумно. Пришлось прикрыть рукой микрофон. Хотя я молчал: слушал тебя. Только жест продолжал им показывать. Ты немного успокоилась. И я пошел работать. Вот и все, собственно.

— А они визжали так, словно ты их всех снасильничал, да не по разу, — сказала Марго.

Она выставляла на поднос очередной набор напитков.

— Как бы сегодня они не подложили тебе какую-нибудь свинью. Бабы — народ злопамятный.

Максим отмахнулся.

— Я сегодня в свое кресло уже не пойду, — сказал он. — Алиса здесь, значит, болтать по телефону не буду. Гардероб в их полном распоряжении.

— Получается, ты поругался с артистками из-за меня? — сказала Алиса.

— Нет, — сказал Максим. — Просто они столкнулись со мной не в том месте и не в то время.

— Прости, если тебе влетело по моей вине от начальства.

— Твоей вины никакой нет. Всего лишь неудачное стечение обстоятельств. Как тебе коктейль?

— Вкусный, — сказала Алиса. — А у вас в ресторане сегодня будет стриптиз? Во сколько?

— В полночь. В том зале. Там сцена, и даже пилон установили.

Максим указал на стену, за которой находился ресторан.

— Только там уже битком, — сообщила Марго. — Слетелись, как мухи на… одну субстанцию. Как будто собственных баб у них нет!

— Но ведь это же танцы! — сказала Алиса.

— И что? — не поняла Марго.

— Это, должно быть, очень красиво! Музыка, приглушенный свет, женское тело; амплитудные движения, приседания, подъемы! Настоящее искусство! Разве может такое зрелище хоть кого-то оставить равнодушным?!

Рука Максима дрогнула, едва не расплескав напиток мимо бокала.

Алиса жалобно сморщила носик.

— И что, никак-никак не посмотреть? — спросила она.

3.

— А ты уверен, что она москвичка?

— Кто, Алиса? — спросил Максим. — Да. Она в московской школе училась. И родители тоже здесь живут, где-то внизу оранжевой ветки. Разведены, правда. А из-за чего у тебя сомнения?

— Одета она уж больно провинциально, — сказала Света. — Колхоз-колхозный.

— Ой, не все же могут, как ты, столько денег на шмотки спускать, — сказала Марго. — Это ты все заработанное только на себя тратишь, да еще и ползарплаты мужа.

— Да я не наезжаю на нее, правда, Максик, — сказала Света. — Вот только видно же, что девка к походу сюда готовилась. И ноготки сделала, волосы, похоже, сама завила. Не одну минуту личико-то себе у зеркала подрисовывала. Но это ее платье — тихий ужас! И где она откопала такую безвкусицу? А ведь, наверняка, надела самое лучшее из того, что имелось, может даже и не свое! Вот гарантию тебе даю, что там и бельишко давно в утиль просится. Какие-нибудь детские труселя с уточками. Готова поспорить!

— По мне так, нормальное платье, — сказал Максим. — Не понимаю, что ты в нем такое страшное углядела.

— И не слушай ее, Макс, — поддержала его Марго. — Вполне приличное платьишко. Ну, нет возможности у девчонки одеваться по последнему слову моды! Что с того? Приоденешь ее, и будет все нормально.

— А почему я? — спросил Максим. — С чего это я должен ее наряжать?

— А кто? — в один голос сказали женщины.

— Ты хочешь, чтобы она в таком виде рядом с тобой появлялась? Совсем сбрендил?! — возмутилась Света.

Максим посмотрел на одну женщину, потом на другую, пытаясь понять по выражение их лиц, в чем подвох.

— Стайте, стойте! Вы что там себе навыдумывали? Где это я должен с ней появляться?

— За дур нас держит?

— Похоже, — согласилась с подругой Марго. — Ты все еще считаешь ее ребенком?

— Это он так сказал?

— Да у него вообще в голове какая-то каша!

— Ты что, не собираешься с ней сегодня переспать? — сообразила Света.

— Нет, — сказал Максим. — С чего вы взяли?

Света схватилась за голову.

— Вот, дура-а-ак! Ну, дурра-а-ак! А зачем же ты ее спаиваешь?

— Я не спаиваю.

— Марго сказала, ты в нее уже стаканов десять всякой бурды залил!

— Не меньше, — сказала Марго.

— И ты ее после этого домой отправишь?

— А куда? — спросил Максим. — Она, по-моему, еще вполне нормальная. Как она там, кстати?

— Смотрит, — сказала Света. — Эти свои… приседания. Не переживай, Маис ее нормально пристроил, с комфортом.

— А ты почему не там?