— Ограниченные остаточные эффекты нормальны после контакта с разумом сложной цели.

— Все становится хуже. После вызова, когда мы нашли тело Фран, моя тактическая группа почувствовала, что я проявляю классические симптомы фрагментации. После охоты на Меркурия я ударила своего командира-тактика и накричала на него.

Мне пришлось облизать губы, прежде чем продолжить.

— Позже я попыталась извиниться перед Лукасом, и он ответил, мол, не уверен, я ли его ударила. Несколько минут назад я думала, как лучше высказать кое-что, и кто-то заговорил вместо меня. Оливия сказала, что видит в моих глазах не одного человека, и она права. Меркурий все еще в моей голове!

— Ограниченные остаточные эффекты нормальны, — повторила Сапфир. — Мы относимся к ним как к эху разума цели. Большинство из них быстро угасают, но самые сильные могут надолго занять положение в твоем сознании. Ты должна найти способ очиститься от этих мощных теней, прежде чем они превратятся в серьезную угрозу твоей личности. Я бы хотела помочь тебе в этом, но не могу.

— Ты должна найти возможность мне помочь. Ты читаешь умы уже двадцать пять лет, и это не раздавило тебя, как Оливию. Кит читает умы тринадцать лет. Мира — семнадцать, Мортон — более четырех десятилетий. Как вы очищаетесь от сильных теней?

— Телепатия Кита действует с перерывами, — сказала Сапфир 6943d1. — Это похоже на защитный клапан. Когда его телепатия перестает функционировать, он избавляется от теневых личностей в своем мозгу. То есть иногда их влияние вызывает у него подавленность и гнев и даже побуждает к достойным сожаления действиям, но никогда не становится долговременной угрозой его собственному сознанию.

— А что с остальными? Ваша телепатия непрерывна. У вас должны быть другие методы.

— Да, но я не собираюсь тебе о них рассказывать.

До сих пор я старалась говорить потише, на случай если в парке кто-то есть и слышит меня. Но сейчас потеряла самообладание и в отчаянии выкрикнула:

— Почему ты не хочешь мне помочь? Хочешь, чтобы я стала, как Оливия? Чтобы меня одолела дюжина конкурирующих личностей? Хочешь, чтобы в улье осталось четыре действующих телепата вместо пяти?

— Нет, — грустно сказала Сапфир. — Именно поэтому я не стану отвечать на твои вопросы. Когда Оливия начала проявлять симптомы фрагментации, мы пытались ей помочь. Мортон, Мира и я объяснили ей наши методы удаления теней. Клер еще была жива и рассказала Оливии о своих способах и о тех, что использовали предыдущие телепаты. Нам не следовало этого делать. Это оказалось ужасной ошибкой.

— Что? Почему?

— Потому что мы не ведали, что творили. Каждый из нас обладает своим методом, позволяющим ему избавляться от теней, но мы поняли, почему они работают, лишь увидев, что произошло с Оливией. Потом, когда стало слишком поздно, мы осознали некоторые важные вещи. Чтобы очистить свою изначальную личность от чужеродного влияния, нужно держаться за себя так сильно и яростно, как только можешь. Метод, воздействующий на одного человека, необязательно сработает с другим, потому что у каждого своя сердцевина.

Сапфир вздохнула.

— Мы все наблюдали, как Оливия превращалась из заботливой девушки в измученную оболочку самой себя, которую ты видела сегодня, и понимали, что отчасти это и наша вина. Если бы мы не пытались помочь Оливии, если бы не отвлекали ее нашими методами удаления теней, она могла обнаружить, как помочь себе, пока не стало слишком поздно.

— Ох, — только и пробормотала я.

— Улей пытается не позволить телепатам разговаривать друг с другом, — сказала Сапфир. — Возможно, правда в том, что в данном случае улей знает лучше. Может, будет неплохо, если Юпитер выдаст секрет наших разговоров друг с другом и наши каналы общения заблокируют.

Я открыла рот, чтобы ответить, но мой инфовизор почернел. Сапфир отключилась.

Я уронила инфовизор и заспешила по тропинке, мечтая покинуть место, где к старым дурным воспоминаниям о последней ссоре с Фран добавились новые. Дойдя до столов для пикника, я свернула с тропы, подошла к ручью и упала рядом с ним на колени. Опустила руки в прохладную чистую воду, зачерпнула ее, умыла вспотевшее, залитое слезами лицо, а затем свалилась на бок в густую траву.

Я смотрела на свет лун в потолке. Я была не одна в своей голове. Меркурий находился здесь, со мной. Я чувствовала его, как упрямую занозу, застрявшую глубоко в моем мозгу, а скоро к нему присоединятся и остальные.

Я рискую превратиться в другую Оливию, потерянную во фрагментации. бжгьщя Сапфир мне не поможет. Нет. Сапфир действительно не может мне помочь. Я должна найти способ помочь себе, пока не стало слишком поздно.

Глава 29

Проснувшись, по дуновению ветра и пению птиц я поняла, что все еще нахожусь в парке. Но лежала я на чем-то мягком, а не на земле. Я открыла глаза, моргнула при виде ярких солнц на потолке и опустила взгляд, чтобы найти того, кто стащил подушки с диванов в моей квартире и принес сюда.