– А как в Улье вообще с пищевой совместимостью?
– продолжил допытываться Нолд, на что босой, пожав плечами, ответил:

– смотришь, нюхаешь, и если не стошнило, то пробуешь. Как правило, всё, что встречается в разных кластерах, пригодно в пищу. Главное, чтобы ботулизма не было, а то от него иммунные гарантированно помирают.

– Запасы пока что есть, так что задерживаться тут не будем, - решил Нолд, и флаер полетел дальше, забирая в сторону моря, так как небоскрёбы следующего кластера уходили далеко в море. Из созерцания Нолда вывел обеспокоенная скороговорка Фокусника:

– Джоре в опасности!

А на визоре замерцала точка, показывающая его местонахождения в одном из полузатопленных небоскрёбов.

– Споровое голодание, и общее истощение, - поставил диагноз Босой, - сейчас живца дам. Куриного бульона бы ему, да и тушенка в воде разведённая сойдет, сейчас организую.

– Аптечка твой диагноз в целом подтверждает, - согласился Нолд, - должен оклематься со временем.

– Не знаю, к чему такие закорочки, но, если дать ему жемчужину, может выйти интересно, - помешивая стоящую на горелке банку, из которой выгребал и не морщась жевал желе и куски жира, оставив лишь мясо, - только альтруизмом занимайся за свой счёт.

– Никакого альтруизма, - возразил Нолд, - ему нейросеть подойдёт, и костюм.

– Хм, ну это меняет дело, - согласился Босой, - есть смысл повозится, и открыв мешок, стал задумчиво перебирать жемчужины, косясь на лежащее тело.

– Эта подойдет, - в конце концов выбрав чёрную, по виду ничем не отличающуюся от прочих, решил он, и, подойдя к телу, засунул её доходяге в рот.

В ответ на это доходяга задёргал ногами, и открыв глаза, попытался сесть, с ужасом вытаращившись на Нолда и заорав что-то неразборчивое. Босой на это снял банку с огня и зачерпнув ложкой густое тёплое варево, засунул орущему в рот, от чего тот заткнулся и закашлялся. Переждав приступ кашля, Босой засунул следующую порцию и продолжал кормить и поить жадно давящегося пищей и водой доходягу до тех пор, пока тот снова не лёг, и испуганно поморгав, забылся сном.

– Аптечка стабилизировала состояние и продолжает борьбу с деструктивными изменениями, - доложил Фокусник, - изменения стали нарастать после приёма так называемой жемчужины. Рекомендую впредь не позволять представителю расы хуманов наносить ущерб здоровью истинному Джоре!

– Обмочился доходяга, - обрадовал Босой, - я за ним убирать не нанимался.

– Фокусник, - позвал Нолд, - убери за истинным Джоре, и вслед за Босым вернулся в кабину, изолировав её от салона полем, эмитирующем глухую перегородку, не обращая внимание на возмущения задетого за живое Фокусника.

– Ремонтный дрон не справляется, эффективность гигиенических процедур двадцать процентов, - проныл Фокусник спустя десять минут, - пусть Босой моет, он не Джоре, и для него такое доверие великая честь.

– Ага, только сам ему это скажи, а я посмотрю, чем всё закончится, - предложил Нолд, - только без меня, так что слазь с руки!

Ответа ожидаемо не последовало, так что сжалившись над соратником, находящимся под гнётом базовых установок и закладок, предложил:

– Куроч что из второстепенного, доставай копир, и подключай его к сети, - прямо сейчас займусь рас консервацией и изготовления гигиенического оборудования, а то пока нейросеть поставим и комбез сможет настроить, флаер в хлев превратит, а Босой ему поможет.

Нолд вместе с Босым уютно расположились в кабине, рассматривая проплывающему по правому борту кластеры, при этом Нолд периодически отвлекался, чтобы загрузить в копир очередную матрицу и проконтролировать процесс репликации.

– Фиксирую звуки техногенного характера, - сообщил Фокусник, - похоже на выстрелы электромагнитных орудий среднего и малого корабельного калибра.

На визоре изображение стало укрупняться по мере того, как носители выдвигались вперёд, изменив конфигурацию построения из полусферы в копьевидную, при этом флаер сбросил скорость до ноля.

– Дотянемся? – спросил Фокусника Нолд.

– Должны, - ответил тот, - пока не убедимся в том, что нас не обнаружат, надо быть готовыми спешно покинуть территорию.

– Фиксирую кодированную передачу, приступаю к расшифровке, - продолжил он.

– Шифр примитивный, язык машинный, незнакомый, - продолжил Фокусник, - передаются явно управленческие команды. Есть изображение.

– Вот, вот, об этом я и говорил, но с моря всё выглядит бледнее, - высказался Босой, - что скажешь?

– Судя по размерам, форме и виду окружающей местности, а также то, что нечто подобное я уже встречал, то это похоже на древний колониальный транспорт, - ответил Нолд, - если это так, то внутри много всего интересного, хоть и не передового, как оружия, так и всякой техники, включая примитивные медкапсулы.

– Что-то не заметно, что он древний, - усомнился Босой, - вон как зараженных валит, рубера аж пополам разорвало.

– Кинетическое орудие такого класса на триста километров стометровый астероид болванкой на куски разваливает, а шрапнелью в ближнем бою истребитель или грузовик в решето превратит, тут же километров пять всего, - возразил Нолд, - насчёт древности ты прав, выглядит, как будто недавно с верфи сошел. Разберусь по ходу пьесы.

– Может, ну его? – засомневался Босой, - если по нам пальнёт, костей не соберём.