А может, это всё лишь оправдание.

Может, мне никогда не приходило в голову ставить под вопрос поведение Джона, потому что я никогда бы не усомнилась в Джоне, или в чём-то, что он попросил меня сделать, каким бы странным это ни было. В его просьбе не было никакого смысла, особенно если оглядываться назад, но в то время я и бровью не повела.

Ну, то есть, конечно, это озадачило меня.

Мне приходило в голову, что это могло иметь отношение к вечеринке-сюрпризу для Ревика, а также к тем абсурдным вещам, которые я запланировала. Уводя меня от станции охраны, Джон сказал, что это касается Касс, так что я гадала — вдруг Джон что-то узнал, но не хотел сообщать остальным. Я гадала, не имело ли это отношения к его грядущему браку с Врегом.

Я никогда бы не подумала, что Джон допустит, чтобы со мной случилось что-то плохое — и уж тем более, что он сам сделает нечто дурное.

Я беспокоилась, что что-то плохое случилось с кем-то другим.

Я беспокоилась, что они что-то от меня скрыли… опять… потому что это расстроило бы меня лично. Я беспокоилась, что мне вот-вот швырнут бомбу на колени. Я беспокоилась, что это имеет отношение к беременности. Я беспокоилась, что дело на самом деле в Касс, и они не говорили мне чего-то ужасного, что Тень сделал с моей лучшей подругой или с другим близким мне человеком. Я беспокоилась, что кто-то из членов моей семьи умер или пропал.

Мне бы в жизни не пришло в голову, что Джон отдаст меня нашему врагу. Потому что как бы я это ни отрицала, Касс теперь именно им и являлась.

Она стала врагом.

Она ждала меня.

Я вышла за край цементной стены, отгораживавшей обшитую металлом дверь, и увидела, что все они просто стоят там, на открытой части крыши, и ждут.

Касс стояла впереди, слегка расставив ноги и положив ладони на бёдра. Её чёрно-кровавые волосы драматично развевал ветер на фоне тёмно-серого неба. Помимо этого единственным ярким пятном оставались её брюки из красной кожи, поскольку стоявшие позади неё солдаты были одеты полностью в чёрное.

В то время там не было вертолёта.

На крыше царила полная тишина.

На меня был наведён ровный ряд винтовок. Примерно дюжина солдат, которую я окинула одним взглядом, была облачена в шлемы, органическую броню и анти-гравитационные ботинки, а вдобавок к армейским винтовкам носила ещё и оружие в кобурах. Винтовки были модели FN SCAR, органически усовершенствованные с прикреплёнными гранатомётами. Они были насыщенного, почти нереально чёрного цвета, по которому прокатывалась мерцающая металлически-зеленоватая рябь от живых частей машины.

Касс не шевелилась и ничего не говорила, пока я смотрела на всю эту картину. Её бледные ладони лежали на её бёдрах, и каким-то образом мой один беглый взгляд подметил маникюр на её ногтях, сделанный лаком такого же кроваво-красного цвета, что и на её волосах и брюках.

На ней одной не было брони. На накрашенных губах играла улыбка.

Мой разум так и не поспевал за реальностью. Во всяком случае, сознательные, руководящие его части.

Вместо этого включилась та другая часть меня. Часть Моста, как называл её Вэш. Я перешла в боевой режим ещё до того, как мой сознательный мозг успел воспринять выражение лица Касс. Свет хлынул из моего сердца и живота в структуры над моей головой, двигаясь вверх горячим гейзером, который ослепил меня, когда мои глаза полыхнули резким зелёным светом.

Мой телекинез заструился наружу.

Физически я не могла видеть.

Из-за беременности я не могла пользоваться и способностями видящей.

Я не могла ничего нацелить, и во время этой задержки в долю секунды я остро осознала присутствие Джона и самой Касс. Я не хотела по неосторожности убить кого-то из них. Даже тогда я не хотела наносить кому-то из них такой вред, от которого они могли не оправиться.

Возможно, это моё колебание также оказалось фатальным.

Я поколебалась, а затем выпустила этот горячий, похожий на электричество свет.

Вопреки моему сознательному колебанию, эта Мост-часть меня всё равно нацелилась на неё… а также в направлении строя солдат в чёрном, которые стояли позади неё.

Резкий порыв света вышел из меня…

Внутренним взглядом я следила за выходом этого света, увидела, как Касс потянулась к своему свету чем-то, похожим на щит. Я думала, она отразит удар, швырнёт обратно в меня, но вместо этого она как будто перенаправила посланный мной поток, отвела от себя и в небо.

Я постаралась рассмотреть что-то сквозь зелёное свечение в моих глазах, наблюдая, как рассеивается этот разряд.

Касс направилась ко мне небрежной походкой. Солдаты в чёрном последовали за ней, подстраиваясь под её темп и продолжая целиться в меня из винтовок. Попятившись, я попыталась обуздать свой aleimi, заставить все структуры снова работать примерно в одном направлении…

Затем по мне ударила боль. Сильная. Слишком сильная, чтобы с ней бороться.

Ощущалось это так, будто кто-то пырнул меня раскалённым железным прутом в спину, а может, пронзил каким-то наэлектризованным мечом. Всё было настолько плохо, что я не могла пошевелиться, лишь пыталась убраться, но и это мне не удавалось. Я просто стояла там и кричала, выгнув спину.