— Мы должны помочь Джеймсу Фэнтому начать новую жизнь, Луис, — говорил Куэй. — Я вижу в нем все задатки законопослушного гражданина. Побольше бы таких ребят нам в долину!

Кендал равнодушно тыкал вилкой в гарнир, сгребая его горкой.

— Скольких человек ты уже грохнул? — спросил он гнусавым и на удивление громким голосом.

Фэнтом вздрогнул от неожиданности. Это непроизвольное движение получилось таким резким, что его стул со скрипом сдвинулся с места, и Кендал самодовольно ухмыльнулся. При виде этого Фэнтом ощутил прилив ярости, которая мгновенно оттеснила все его страхи на второй план.

— Меньше, чем тебя могло бы заинтересовать, — ответил он.

Он поднял голову и в упор взглянул на собеседника. Его голос прозвучал вызывающе, но Кендал не обратил на это никакого внимания. Он продолжал неподвижно сидеть, по-прежнему уткнувшись в свою тарелку и чему-то загадочно улыбаясь.

Куэя же, похоже, это сильно встревожило.

— Не обижайся на Кендала, — обратился он к Фэнтому. — Луис немногословен, но уверяю тебя, его очень волнуют твои проблемы — не меньше, чем меня! Если не возражаешь, то я могу ответить за тебя. Я взял себе за правило следить за карьерами парней, подающих большие надежды. Ну, в общем, в Тумстоне произошла одна история, когда двое мексиканцев искали неприятностей на свою голову и нарвались на Джима Фэнтома.

— Мексиканцев было четверо, — поправил Кендал, по-прежнему улыбаясь в свою тарелку.

— Ну что ж… значит, ты информирован куда лучше меня, — пробормотал Куэй. — Ну, в общем, из тех четверых двое отправились прямиком на тот свет. Фэнтом дал отпор сразу четверым агрессорам, посягнувшим на его жизнь. Разумеется, после того случая окружающим ничего не оставалось, как проникнуться уважением к нему. Потом последовали разборки с Линчем и Гарри Лордом. Думаю, это все. Итого получается четверо. Так, Джим?

Фэнтом уже собирался что-то ответить, но Кендал опередил его, лениво протянув все тем же неприятным, гнусавым голосом:

— Ну и плюс к тому так, по мелочи, человека два-три!

— Вот как? — удивился Куэй. — А теперь ещё и юный Фелан…

— Фелана я не убивал, — гневно возразил Фэнтом.

— Очень хорошо, очень хорошо! — поспешно согласился Куэй. — Фелана ты не убивал! Никто тебя и не винит. Скажем так, это точка зрения закона, не так ли? Ведь тебе же не хотелось бы угодить в лапы шерифу по обвинению в этой смерти, правда?

— Нет, — медленно проговорил Фэнтом. — Скорее всего, они просто вздернули бы меня — и вся недолга. Но… зачем ты спрашиваешь об убийствах, Кендал?

— Тебе было восемнадцать, когда тебя засадили за решетку. Вот я и подумал, — невозмутимо сказал Кендал, — что семь лет — довольно большой срок для восемнадцатилетнего мальчишки. Ведь у каждого есть право на собственное мнение, или ты так не считаешь?

Внезапно он оторвал взгляд от тарелки и в упор уставился на Фэнтома. Глаза у него были какого-то неопределенно-водянистого цвета, но в них горел странный огонь, какого Фэнтом никогда не видел раньше. Он вздрогнул, но выдержал этот взгляд, хотя это стоило ему немало усилий.

— Думаю, такое право есть у всех, — пробормотал он.

На лбу у него выступила испарина. Больше всего на свете ему хотелось опустить глаза, только бы избавиться от этого тяжелого взора Кендала, но он поборол в себе это искушение. В его сознании мелькнула мысль, что все это очень чушь и откровенное ребячество, как будто двое мальчишек-оболтусов упорно таращатся друг на друга из в разных углов класса, до боли, до рези в глазах стараясь переглядеть друг друга и не моргнуть первым.

Именно так он теперь смотрел на Кендала, всем телом слегка подаваясь вперед. Внезапно Кендал прищурился и отвел взгляд; и только тогда Фэнтом осознал, что весь поединок продолжался всего каких-нибудь несколько секунд. Но только теперь пот ручьями струился по его лицу.

Куэй заметил этого.

— Что-то жарковато тут у нас. А ты ещё так близко к огню сел! — сказал он. — Может быть, тебе лучше чуть-чуть отодвинуться?

— Думаю, я так и сделаю, — согласился Фэнтом.

Повар как раз разливал по второму разу кофе, когда дверь рывком отворилась, и возникший сквозняк заставил дрогнуть поднимающиеся над чашками тонкие струйки пара. На пороге возник запыхавшийся человек в потрепанных кожаных «наштанниках» и плеткой в руке, извивающейся змейкой свисающей с его запястья. Он оперся рукой о притолоку и тяжело душа объявил:

— Бад Кросс! Едет сюда! Кендал, какие будут распоряжения? Нам его задержать или пусть проезжает?

Луис Кендал неопределенно взмахнул рукой.

— Спроси лучше у босса, — сказал он.

— Бад Кросс! Шериф! — повторил Куэй. — Едет сюда? Прямо по дороге?

— Он появился со стороны южного перевала, — ответил гонец.

Куэй с упреком взглянул на Чипа Лэндера.

— Я так и знал, что добром эта самодеятельность не кончится, — произнес он вслух. — И как далеко шериф сейчас отсюда?