— А вы хоть когда-нибудь в жизни видели, что представляет собой крышка для жаркого?

— Нет, — признался он.

Она весело рассмеялась.

— Ну вот и славно, — проговорил Фэнтом. — Я догадывался, что только так можно будет заставить вас рассмеяться. И пусть вы смеетесь надо мной, а не за компанию со мной. Мне все равно. Я не буду возражать, даже если вы решите выставить меня идиотом.

— Я вовсе не собираюсь потешаться над вами, мистер Фэнтом, — возразила она. — Ведь вы такая важная, можно даже сказать, легендарная личность!

Фэнтом густо покраснел.

— Как вам угодно, — вздохнул он. — продолжайте, это ваше право. Наверное, я и в самом деле заслужил это.

— Я вовсе не пытаюсь вас обидеть, — сказала она.

— Разумеется, — согласился он. — У вас это просто получается само собой.

У Фэнтома пылали щеки, но он все же заставил себя улыбнуться.

— Ну вот, — сказал он, — кажется, я опять говорю что-то не то. Даже не знаю, что со мной происходит.

— Просто в кухне очень жарко, — объяснила она.

— Это своего рода способ дать мне понять, что мне пора идти прогуляться на свежем воздухе? — спросил он.

— Вовсе нет, — возразила она. — Присаживайтесь и чувствуйте себя, как дома.

Взяв сложенную скатерть, девушка вышла в соседнюю комнату, и минуту спустя, он услышал тихое позвякивание раскладываемых на столе вилок и ножей. Через открытую дверь ему было видно, что стол накрыт на два прибора. Так для кого же предназначался второй? Фэнтом наблюдал за тем, как изящные девичьи руки ловко расставляют блюда и тарелки, и не находил себе места от терзавшего его любопытства. Она с улыбкой подняла глаза, и их взгляды встретились.

— Джо, — проговорил он, воодушевленный этой улыбкой, — может быть, все-таки скажешь мне, в чем дело?

— О чем вы, мистер Фэнтом?

— И почему ты упорно называешь меня «мистером»?

— Хорошо, мистер Фэнтом, больше не буду, — отозвалась она.

— Ладно, — сказал Фэнтом. — Хочешь продолжать в том же духе?

— Разумеется, — ответила она, снова появляясь в кухне, — ведь, в конце концов, кто такая эта малышка Джо Долан, чтобы обращаться на «ты» к такому знаменитому человеку, как вы, мистер Фэнтом?

— Знаменитому? — внезапно нахмурившись, переспросил он.

Девушка скользнула мимо него.

— Ну да, — равнодушно подтвердила она.

— Снискавший себе славу ограблением дилижанса, ты это имеешь в виду? Что ж, думаю, мне лучше уйти. Только…

Он запнулся.

Нужно было срочно что-то сделать или сказать. Ведь в самом деле, должно же быть некое слово, которое, подобно ключу, открыло бы дверцу его души.

— Вообще-то, я имела в виду совсем другое, — заметила девушка. — Я хотела сказать, такого человека, который уже так много успел…

— Что даже и в тюрьме побывал. В этом все дело?

— Что ж, тюрьма — хорошее, тихое место. Говорят, что именно там вы приобрели такой задумчивый взгляд, мистер Фэнтом.

— Что ж, я, пожалуй, пойду, — повторил он, направляясь к двери на улицу.

Здесь он снова оглянулся. Она стояла, повернувшись к нему спиной, раскладывая на две тарелки листья зеленого салата, осторожно подхватывая их за краешки кончиками изящным пальчиков.

— И все-таки, может быть, все-таки расскажешь мне, — не выдержал он, — что привело тебя сюда? Скажи это ещё раз.

— Я уже говорила, что это мистер Куэй привез меня сюда, — ответила она.

— Но зачем?

Девушка слегка повернула голову, и ему стал виден её изящный профиль; она задумчивым видом коснулось пальчиком подбородка.

— Видите ли, мистер Фэнтом, каждая девушка рано или поздно должна выйти замуж. Надеюсь, вы согласитесь с этим.

Он почувствовал, что сходит с ума от любви к ней, от непреодолимого желания прикоснуться к ней, даже если у него не будет права на большее, чем просто взять её за руку и проститься навсегда.

— Джо, — он едва не сорвался на крик, — скажи мне, кто этот человек! Как его зовут, Джо?

— Откуда мне знать его имя? — пожала плечами девушка. — Это решать мистеру Куэю! Полагаю, он достаточно мудр и опытен, чтобы сделать правильный выбор.

Фэнтом тихонько охнул.

— А что, если он сам задумал жениться на мне? Как вы считаете, такое возможно?

— Этот старый… о, Господи, я схожу с ума! — выдохнул он. — Может быть, ты все-таки повернешься и посмотришь на меня?

— Сейчас, только выложу салат.