— Видишь, Джим, какие бывают люди? — сказал он.

— А то как же, — отозвался пленник. — Теперь я вижу, что ничем не отличаюсь от обыкновенной овцы, судя по тому, что сторожить меня доверили псам!

В конце долины показался небольшой табун из двух десятков лошадей в сопровождении четырех погонщиков, и завидев их, шериф принялся отдавать поспешные указания.

— Эй, кто-нибудь, ведите сюда этих коней и начинайте седлать. Отправимся дальше за этой бандитской шайкой. Голову даю на отсечение, что их следы ведут в Долину Счастья. Да поторапливайтесь. И ещё поосторожней вон с тем вороным дьяволом, смотрите, чтоб он никому из вас голову не снес своими копытами!

С этими словами он указал на коня, который и не требовал особого представления. Как раз в тот самый момент он рванулся вперед, резко натягивая веревку и нарушая стройные ряды всей вереницы животных, становясь виновником всеобщей неразберихи, сопровождаемой возмущенным фырканьем и недоуменным ржанием.

Подручные шерифа отправились исполнять его указания.

— Подумать только, прислать такого коня, как этот! Да он один может все дело испортит, — покачал головой шериф. Он снова обернулся к своему пленнику.

— Джим, сказал он, — и почему ты только не отправился дальше на север и не уехал из страны? Ну почему? Перешел бы границу и жил бы там сейчас припеваючи. А здесь тебе реально светит виселица.

— У меня на это было две причины, — ответил пленник. — Хотя было бы вполне достаточно и первой. Я не убивал Лэрри Фелана!

Взгляд шерифа сделался задумчивым и печальным.

— Ну, разумеется, — проговорил он, — но только об этом знаешь только ты. Ко вот люди считают иначе, а я должен стоять на страже правосудия.

— Конечно, — ответил Фэнтом. — Я все понимаю, Бад. И совсем на тебя не обижаюсь. Ведь ты исполнял свой долг. Только и всего. Одно обидно — что оказался я среди вот такой разношерстной компании!

— В стае все собаки не одиноки, — философски заметил шериф, — но должен признаться, что лично я специально не приглашал сюда этого недомерка, Сэма Крюгера. Чем ты ему насолил, сынок? Для этого шоу он предоставил трех своих самых лучших лошадей. И все это лишь ради того, чтобы тебя поскорей поймали. И откуда мне было знать, что один из его коней — вон тот черт вороной — доставит нам столько хлопот? Не мог же я не принять в отряд добровольца, тем более предоставившего в наше распоряжение столько лошадей!

— Неужели это Крюгер так расстарался? — переспросил пленник. — Ну, тут я даже не знаю, что и сказать. К тому же, насколько мне помнится, пути наши нигде не пересекались. Но ведь далеко не все на свете поддается разумному объяснению. Некоторые люди, которых немало, зачастую уподобляются кактусам, так и норовя при случае уколоть ближнего своего, да побольнее. Вот, наверное, и крошка Крюгер тоже такой!

— А насчет Фелана, ты это что, серьезно? — перебил его шериф.

— Что серьезно?

— Здесь не суд. За меня можешь быть спокоен, я никому не проболтаюсь. Но скажи мне, неужели я и в самом деле сцапал невиновного?

Фэнтом слабо улыбнулся.

— Чего ради я стал бы переводить порох и свинец на этого пса, Бад?

— На пса?

— Ну да, ведь Лэрри Фелан умер намного раньше, когда в салуне все увидели, что он трус. Так чего ради я стал бы гоняться за ним и убивать, я тебя спрашиваю? И если бы мне так уж хотелось его смерти, то я запросто мог бы прикончить его ещё в салуне. Но не подло убить выстрелом в спину, а честно выяснить отношения на поединке, соблюдая кучу условностей типа шанса для самозащиты, а также при большом стечении свидетелей, которые смогли бы подтвердить, что он начал первым.

— Я об этом как-то не подумал, — признался шериф и потупился.

Он снова вскинул голову.

— Еще не все потеряно, сынок, — проговорил шериф. — И после того, как я управлюсь здесь с делами и вернусь, то обязательно прослежу за тем, чтобы с тобой поступили по справедливости. Но вот только боюсь, что предубеждение против тебя может оказаться слишком сильным.

— А я только-только вышел из тюрьмы, — согласился Фэнтом.

— Да, нелегко тебе будет! Поверь, друг, мне очень жаль! Ты мне веришь?

— Как самому себе.

Фэнтом протянул обе руки, скованные наручниками, и пожал правую руку шерифа, который специально ради такого случая снял перчатку, а затем отрывисто сказал:

— Удачи тебе. Все образуется. Не вешай нос и не теряй надежды. Прощай, Фэнтом. Хотя, возможно, ты хочешь рассказать мне что-нибудь о Долине Счастья, того, о чем я ещё не знаю?

— Нет, ничего, — ответил Фэнтом, вспоминая о бедняжке Джо Долан, и сердце его сжалось от тоски.

— Ну тогда прощай, — повторил Бад Кросс. — Надеюсь, до конца недели ещё увидимся.