Вообще вечер удался, мы играли в эрудит. Потом Софи просто баловалась с Юрой, а я наблюдала за ними. Еще раз убеждаясь, как он вписывается в наш дом. Как добрый дядюшка, но не как хозяин дома, глава семьи. Когда Юра уехал, я с Софи устроились на диване смотреть приключенческий фильм.

– Мама, если я тебе что-то скажу, ты не обидишься?
– спросила дочь, когда началась реклама.

– Нет.

– Мне нравиться играть с дядей Юрой. Я его люблю, но не хочу, чтоб он был моим папой.

– Я знаю, зайка.
– я обняла доченьку и поцеловала в макушку.
– Я и сама вижу, что он не вписывается в нашу семью. Но мы же ничего ему не скажем и будем с ним дружить?

– Да. Я говорила дяде Юре, что он самый лучший друг в мире.
– Софи помолчала, а потом продолжила.
– Света говорила, что несколько дней её не будет. С кем же я буду?

– Со мной.
– улыбнулась я.
– Мы с тобой завтра рано встаем и едем в горы. Будем кататься на санках, на лыжах, может, даже найдем каток.

– И ты не будешь работать?
– удивленно спросила Софи.

– Нет, солнышко. Мы будем отдыхать. Маме твоей ведь тоже нужен отдых. А там свежий воздух, замечательная природа.

К полудню мы уже собрались и выехали. Я никуда не спешила, поэтому не старалась обогнать никого на дороге. Софи развлекала меня своими познаниями в области философии и психологии.

– Мамочка, скажи, чем отличается собственник от эгоиста?
– спросила Софи, когда мы остановились перекусить.

– Собственник - это тот человек который оберегает все, что принадлежит только ему. Он очень ревностно относится к своим вещам или близким людям. А эгоист - это тот, кто требует, чтоб все, что он захочет, принадлежало только ему, чтоб внимание уделяли только ему.

– Понятно.
– задумчиво ответила Софи.
– Если у меня будет сестричка или братик, и я не буду давать им свои любимые игрушки - значит я собственник. Да? А если буду требовать, чтоб ты поиграла со мной в том момент, когда нужно положить малыша спать - я эгоист.

– Правильно. Только твой эгоизм вызван ревностью.

Я еще раз убедилась, что Софи смышленая девочка. Посмотрев на нее в зеркало, я несколько раз моргнула, чтоб остановить поток слез. Как же мне хотелось, чтоб она была маленькой девочкой, чтоб соответствовала своим годам. Мне хотелось видеть в её глазах не просто озорство, а детство. Но с каждым днем в его задумчивом взгляде пропадает озорство, а на место него приходит ум. Иногда, кажется, что она понимает больше, чем говорит, как будто боится осуждения окружающих.

Еще раз, посмотрев в зеркало заднего вида, я улыбнулась, увидев спящую доченьку. Только во сне черты её лица приобретали более расслабленные и детские черты. Их можно сказать беззаботными. Я вздохнула и перевела взгляд на дорогу. Мы ехали уже три часа, а сделали только одну остановку. Я выключила звук в телефоне и как раз в этот момент он зазвонил. Номер был засекречен, но я уже догадывалась кто это.

– Да.
– ответила я после третьего звонка, остановив машину и выйдя из её, чтоб не разбудить ребенка.

– Сбегаешь?
– послышался насмешливый голос.

– Вы ошиблись номером.
– ответила я и хотела отключиться, но его слова заставили меня подождать:

– Я тебе не верю, Лерочка.
– говорил он ласково и тихо.
– Ни единому твоему сказанному вчера слову. Ты все та же, гордая, сильная, красивая....

– Что тебе надо?
– резко спросила я.

– Поговорить. Я бы хотел узнать, как ты жила все эти годы. Что ты чувствовала, когда спала с ним, когда рожала Софи. Я хочу знать все.

– Я не хочу рассказывать. Хочешь узнать, прочитай мою книгу 'Научится жить заново'. И пожалуйста, не звони мне больше.
– я чувствовала, как мой голос начинает дрожать и мороз здесь ни при чем.
– Не вынуждай уезжать, когда я только обрела то, что хотела, о чем мечтала в Америке. У тебя своя семья, у меня своя. Я не вижу ни одной причины, общаться.

– Ни одной?
– Назар тем же тихим голосом говорил.

– Ни одной.
– прошептала я, потому что слезы уже лились по щекам.