Шрифт:
– А она?
– Хранит ли она верность мне? – Дэймон пожал плечами. – Не знаю. Я не спрашивал.
Прощаясь с Донной у калитки, он достал из внутреннего кармана куртки черную бархатную коробочку, открыл, дал ей взглянуть, а потом без единого слова надел ей на палец кольцо из белого золота с крупным квадратным бриллиантом.
Она ухватилась за руль мотоцикла, чтобы не упасть, и также молча уставилась на него огромными золотыми глазами феи-сиды.
Дэймон почувствовал неловкость.
– Не смотри на меня так. В том, что я сделал, нет ничего противозаконного.
– Это очень дорогая вещь, – промолвила Донна.
– Да. – Он заставил себя улыбнуться. – К счастью, я располагаю кое-какими средствами.
Донна молча разглядывала кольцо.
– Черт с тобой, – разозлился Дэймон. – Если тебе обязательно нужно все испортить…
Он вторично запустил руку в карман и вручил ей кассовый чек из ювелирного салона и сертификат, удостоверяющий подлинность камня.
– Боже, – прошептала Донна, изучив чек. – Он оплачен.
– А ты думала, я его украл?
– Извини. – Она обняла его за шею, пряча лицо. – Извини… Я сама не знаю, что думала.
– Я приехал в Редстоунс не для того, чтобы Крис помог мне завязать. Я не джанки и никогда им не был. В помощи нуждался Лоренс.
– Понятно. – Донна опять посмотрела на кольцо, потом на Дэймона, сидящего на мотоцикле. – Почему именно сегодня?
– Сегодня первое августа – Ламмас. Согласно обычаю древних предлагаю тебе вступить со мной в брак сроком на один год и один день, и если за это время твоя любовь ко мне не остынет, мы будем вместе до конца наших дней, покуда смерть не разлучит нас.
– Но, Дэймон… Дэй…
– Что?
– Я старше тебя на десять лет. Ты не забыл?
– Забыл. Может, тебе тоже удастся забыть? Попробуй.
Сдерживая слезы, она взяла его руку и медленно поднесла к груди.
– Во славу отца и господина нашего Луга, сына Киана, я, Донна из рода Мак Грейн, беру в мужья Дэймона из рода О’Кронин сроком на один год и один день с тем, чтобы соединиться с ним навеки, если будет на то воля богов.
Не разнимая рук, они смотрели друг другу в глаза еще ровно минуту, после чего Дэймон запустил мотор и рванул с места, оставив за собой небольшое облачко пыли.
На всем белом свете был только один человек, способный их разлучить, и для этого в его распоряжении имелось одно-единственное средство. Его-то в конечном итоге он и пустил в ход.
Стоя на Высотах Уснеха [17] , Анна смотрела вниз, на аквамариновые кляксы Лох-Эннелл и Лох-Оуэлл, и думала о том, что сказала ей утром миссис Флетчер, проживающая в номере, расположенном дальше по коридору. Кто-то, доложила почтенная дама, совершенно определенно перебрался прошлой ночью через ограждение лоджии и проник в спальню мистера Диккенса, причем мистер Диккенс, судя по отсутствию какого-либо протеста, ничего против этого вторжения не имел. Перебрался через ограждение лоджии? Анна уставилась на нее в полном недоумении. Но… откуда? В этом месте под окнами даже деревья не растут. С крыши? Она представила себе скользкую после дождя, покатую черепичную кровлю и тут же убедилась в несостоятельности подобной версии. Никто не мог проникнуть в спальню мистера Диккенса непосредственно с улицы, минуя входную дверь. Разве что Бэтмен. Или…
17
Уснех Миде – сакральный центр Ирландии, реальный холм, расположенный недалеко от современного города Моллингара, графство Вестмит.
Как-то раз поспорил Энгус с Триатом, сыном Фебала из народа Фир-Болг. Вместе с Энгусом растил его Мидир, и немногим Триат уступал сыну Дагды. В ту пору думал Энгус, что приходится Мидиру сыном и в наследство получит королевскую власть над Сид-Бри-Лейт.
И вот, заговорил Энгус с Триатом, а тот ответил:
– Негоже мне разговаривать с подкидышем, который не знает своего отца и своей матери.
В слезах и в печали пошел тогда Энгус к Мидиру.
– Что с тобой? – спросил Мидир.
– Позором покрыл меня Триат, оттого что не знаю я своего отца и своей матери.
– Есть у тебя отец и мать, – ответил Мидир.
– Скажи мне, кто же они?
– Пора сказать, – согласился Мидир. – Отец твой – Эохайд Оллатар, прозываемый Дагда. А мать – Боанн, супруга Элкмара из Бруга. Я, Мидир из Бри-Лейт, вырастил и воспитал тебя вдали от Элкмара, дабы не пал на него позор из-за сына Боанн, зачатого в его отсутствие.
– Пойдем же скорее, – сказал Энгус. – И пусть признает меня отец, ибо негоже сыну Дагды сносить поношения от Фир-Болг.
Отправились они в путь и вскоре прибыли к Уснех Миде в самом центре Ирландии, ибо там было жилище Дагды, от которого на равную меру расстилалась ирландская земля на юг и на север, на запад и на восток.
Полуденное солнце, сделавшись неожиданно жарким, заставило Дэймона скинуть куртку. Анна медленно прошлась взглядом по его фигуре. Белая футболка, джинсы – пожалуй, более раздетым она его еще не видела.