Шрифт:
— Как вам удается сохранить газон таким зеленым? — спросила я.
— Я завожу воду.
— А.
Я думала, что ему надоело ругать Тедди, но он явно не считал, что достаточно изложил свою точку зрения. Достал свой список обид, как будто мне было до них дело.
— Так вот. Я должен был вам это рассказать. Это типично. Она получает столовое серебро?
Шестьсот тридцать девять предметов, стоимостью триста девяносто восемь тысяч пятьсот.
Она продала это антиквару в Новом Орлеане и получила хорошие деньги. Я знаю, потому что антиквар позвонил мне, чтобы убедиться, что сделка честная. Вы слушаете?
Я слушала, но не думала, что он к чему-то придет. В этой истории была заметная доля явного хвастовства. Он поднимал себя, присваивая долларовый эквивалент всему, что отдал ей.
— Похоже, что она накапливает наличные, — сказала я.
— Зачем ей это делать?
— Вы до сих пор зарабатывете деньги. Она — нет, если только у нее нет способностей, о которых вы еще не упоминали. Кому достался дом?
Он казался удивленным.
— Этот дом? Мне. Потому что она не может себе позволить его содержать и платить налоги.
— Он должен стоить миллионы.
— Двенадцать, но это меньше, чем было. Рынок плохой.
— Что еще вы получили?
— Ну, вы знаете. Половину акций и облигаций. Мне досталось ожерелье от Тиффани, за которое она готова убить. Это был подарок на годовщину, наше десятилетие, но судья поставил его в мою колонку, чтобы компенсировать предметы искусства, которые она потребовала. Она подняла шум, что ожерелье имело для нее сентиментальную ценность, но это была просто уловка, чтобы торговаться.
— Сколько оно стоит?
Могу сказать, что я приспособилась к его взгляду на мир: любой упоминаемый предмет имел присоединенный значок доллара.
— Ожерелье? Много. Там бриллианты и специально ограненные аквамарины, всего сто девяносто каратов. Эта красота стоит четыреста пятьдесят тысяч, и она кричит “бедная я”, потому что я получил это, а она — нет.
— Где вы храните такие вещи?
— У меня есть идеальное место, я вам покажу. Мори поймала Тедди в моем кабинете на позапрошлой неделе, так что она, наверное, решила, что я держу его в настенном сейфе.
Она упрямая и ничего не боится. На все пойдет.
Мне не хотелось участвовать в критике Тедди, но я подумала, что если соглашусь с ним, это может положить конец таким разговорам.
— Она очень хитрая. Могу это подтвердить.
— Конечно, она приуспела, когда вас обманывала. А знаете, почему? Потому что иначе она не получает удовольствия. Тедди не будет счастлива, пока не одержит над вами верх. С ней все превращается в игру в наперстки. Вы понимаете мою проблему?
— Понимаю, и она тяжелая.
— Я серьезно подумываю о том, чтобы отложить свадебное путешествие. Я не могу рисковать находиться в другом месте. В ту же минуту, когда я повернусь спиной, она начнет действовать. Я вернусь, половины вещей не будет.
— Когда вы уезжаете?
— В пятницу, если не отменю поездку. Я бы потерял двадцать пять тысяч, которые уже заплатил, что я готов проглотить. Cтелла бесится от того, что я даже обдумываю такую возможность. Я еще этого не сделал, но близок к тому.
— Может быть, на это Тедди и надеется. Чтобы испортить ваши планы.
Ари посмотрел на меня.
— Вы так думаете?
— Я просто предлагаю варианты.
Я ощутила укол вины, потому что он просиял от предположения, которое я выдумала на ходу.
— У меня прекрасная идея. Мне это только что пришло в голову. Почему бы вам не проследить за ней пару дней и не посмотреть, что она будет делать? Это может быть очень полезно.
— Нет, спасибо.
— Я серьезно. У меня в таких делах нет ни опыта, ни способностей. Нэш сказал, что вы — волшебница.
— Я не слежу за мужьями и женами. Из этого никогда не получается ничего хорошего.
— Сколько вы берете за час?
— Какая разница? Я не буду работать.
— Плачу вам сто баксов в час.
— Нет.
— Двести.
— Нет.
— Ладно, двести пятьдесят, но не больше.
Я засмеялась.
— Послушайте, Ари, я восхищаюсь вашим умением торговаться, но я правда, не заинтересована.
— Вот еще одна идея. Что если этого парня арестуют? Это послужит препятствием для ее планов, вы не думаете? Если полиция его арестует?