Так или иначе, но сначала надо войти мне.

Альберт находился на своём рабочем месте и как обычно в промежутке между приготовлением напитков протирал салфеткой бокалы. На треньканье колокольчика (его уже успели повесить на место после вчерашнего) он повернул голову в сторону двери, скользнул по мне безразличным взглядом и вернулся к своему занятию. Мысленно я ему аплодировал, как любил говаривать герой одной из моих любимых книг.

Я уже подошёл к бару и собирался забраться на высокий табурет, когда колокольчик над входом звякнул снова. Всё-таки мои опекуны решили не терять меня из виду. При виде вошедших людей Альберт как мне показалось, слегка побледнел и в его глазах что-то промелькнуло. Страх? Паника? Это длилось лишь мгновение, однако у меня сразу возникло какое-то нехорошее предчувствие.

К счастью парни, только бросив в нашу сторону равнодушные взгляды, не задерживаясь, прошли в глубину зала и разместились за тем столиком, который вчера выставляли специально для меня. Благо он оказался сегодня не занят. Таким образом, вчерашняя диспозиция повторилась с точностью наоборот.

– Налей мне моего, – попросил я, удивившись, что Альберт как бывало обычно, не предложил мне пива сам.

Что-то явно тяготило моего приятеля, выбивая его из такого привычного душевного равновесия. Он действовал словно в автоматическом режиме.

– Деньги принёс, Серёжа? – Едва слышно спросил он, положив передо мной картонный кружочек и ставя на него полную кружку.

– А ты узнал, что я спросил? – Поинтересовался я не спеша доставать перетянутый колечком от презерватива рулончик валюты.

Он молча кивнул.

Торопиться было особенно не куда. Когда мне станет известно о том, кем же являются мои постоянные сопровождающие всё равно, прежде чем начать как-то действовать, необходим чёткий план. А на его составление потребуется время и вероятно консультация с заказчиком. Чей номер телефона хоть я и видел его всего мгновение, навсегда отпечатался в записной книжке моей памяти. Поэтому я посчитал возможным сначала утолить жажду, а уж затем выслушать информацию, добытую моим агентом.

Подняв с картонки кружку, я поднёс её ко рту и с удовольствием опустил верхнюю губу в ещё не успевшую осесть густую пену. Если вы желаете в полной мере насладиться хмельным напитком, необходимо соблюдать несколько несложных правил. Во-первых, выбирайте чешские либо на худой конец немецкие сорта. Тут конечно дело вкуса, однако, пиво у немцев, на мой взгляд, такое же грубоватое, как и их язык. Главное не голландское или английское и не приведи господь не отечественное. Во-вторых, напиток не должен быть слишком холодным или наоборот тёплым. Как верно позавчера заметил Альберт в идеале двенадцать градусов по Цельсию. Ну и в-третьих первая кружка традиционно выпивается в три приёма. Вначале сразу половина, затем половина от оставшейся половины и потом всё до дна. Да и никакой закуски типа орешков или сухариков и тем более пошлой воблы. Если у водки закуска «градус крадёт» что, в общем-то, неплохо при культурном застолье, то в случае с пивом она крадёт вкус. Всякую там вяленую рыбу, креветки и прочие сушки с советских времён подавали в забегаловках к родной разбавленной кислятине именно с этой целью. Той кислятины теперь уже не встретишь, но дурная привычка закусывать пиво у народа осталась.

Альберт не проявлял видимого нетерпения, лишь изредка мельком поглядывая в полумрак зала туда, где расположились мои сопровождающие. Они кстати попросили у подошедшей принять заказ официантки лишь по чашечке кофе, и теперь прихлёбывая его, усиленно делали вид, что о чём-то между собой разговаривают. В сторону бара они даже не смотрели.

– Так кто же эти ребятки, ведущие третий день за мной столь странную слежку? – Спросил я, отодвинув в сторону, пустую кружку.

– Серёжа, деньги, – едва слышно произнёс бармен.

Это было против правил. Что-то мой информатор мне сегодня совсем не нравился. Хотя внешне он и выглядел спокойным, но внутри, похоже, был как натянутая струна.

– Ты получил аванс, – вынужден был напомнить я, – окончательный расчёт после предъявления товара. Я хоть раз тебя обманывал?

– Они у тебя с собой?

Мне сильно захотелось его ударить. Вместо этого опустив руку в сумку, лежавшую на коленях, я как можно незаметнее для чужих глаз достал заветный рулончик, зажав его в кулаке. Кулак положил перед собой на стойку, большим пальцем прикрывая торец, обращённый ко мне, а противоположный продемонстрировал ставшему вдруг недоверчивым бармену.

– Здесь четыре штуки. В это-то ты веришь?

Он едва заметно кивнул.

– Так кто они или лучше, чьи они? – Повторил я свой вопрос.

Он взял чистую кружку и, хотя я не просил его повторить принялся медленно наполнять её моим любимым «Старопраменом». Сам при этом заговорил, почти не шевеля губами. Конспиратор доморощенный.

– Они никто и ничьи. Я тебе больше скажу. Серьёзные люди очень ими заинтересовались. Людям не нравится, когда чужаки без разрешения работают на их территории.

– И ты считаешь, такая информация тянет на пять штук? – Возмутился я. – Твой «большой человек» не может не знать, кто ползает по его угодьям!

Я не случайно употребил единственное число. Альберт, разумеется, не бегал по всему городу, а обратился к своему главному покровителю. Не может быть, чтобы тот всего лишь заинтересовался. С чего тогда мой приятель так нервничает?

– Ладно, – бармен поставил передо мной полную кружку. – Они точно не из «конторы», слишком топорно работают. Кроме того федералы поставили бы ЕГО в известность, чтобы избежать недоразумений. Больше похожи на каких-нибудь ЧОПовцев. Но те в подобной униформе разве что на проходных в офисных центрах дежурят. В любом случае они не местные, даже не московские.