— Слушай, а ты можешь показать, из-за чего вообще всё это?

— А-а-а-а, дорогой, подём покажю.

Мы подошли к заднему борту газели, Азат приоткрыл дверь кузова, приглашая меня внутрь, я залез, но темно было, хоть глаз выколи. Я услышал как за мной запрыгнул новый знакомый-оборотень и захлопнул за собой дверь. Затем он клацнул что-то на стене и… мы оказались в багажнике размером метров пятидесят на двадцать. Магия! Пожалуйста! Прошу любить и жаловать. Обычная маленькая газелька с маленьким стадионом в кузове.

Мы прошли в самый дальний угол этого «багажничка», где стояло десять деревянных ящиков.

— Хурма? — ну а что я еще мог сказать, увидев десять ящиков хурмы, из-за которой мы чуть не завалили двух полицейский.

— А-а-а-а, Дима джан, обижяешь! Это нэ обычный хурма! Папробуй.

Я взял одну штуку, протёр рукой, спрашивается нафига? Типа бы это помогло! Ну неважно, я надкусил и почувствовал алкоголь. Это было как вино из хурмы, только хурма. Алкогольная хурма.

— Вы накачали хурму вином? — спросил я, немного причмокивая от странного вкуса.

— Обижяешь! Это спэцыальний сорт! Его гоблины в горах вырасчивают! Ты еще косточку попробюй.

Я сделал еще два укуса, добрался до косточки, положил её в рот, немного надкусил… Шоколад. Она была из шоколада.

— Обалдеть!

— Я ж говориль! Я часто из рейсов, чтоб нэ ехать назад пустим, бэру всякие экзотические товары, а Серёжя их здесь сбывает по хорошей цэне. Только Дима джан, прошу тебя, не нада Арсению Михаловичью знать об этом. Сам понимаешь.

— Конечно, какие вопросы.

— Вот и хорошьо, ну, пошли.

Но от моего взгляда не ускользнуло, что его рука на протяжении всего разговора была внутри жилетки, где мирно покоился кинжал.

Я встретился, как и сказал Серёга, с управляющей ресторана, расписался в в бумагах, забрал деньги, отдал товар, определенную часть вырученной суммы вручил Азату и, отказавшись, от его предложения подвести, поехал на метро назад в налоговую.

— Ну как всё прошло? — спросил меня преспокойно Сёрега, стоя возле своей малиновой девятки и покуривая сигарету. На улице уже было темно.

— Пошел ты в жопу с такими вариантами подзаработать. — сразу выпалил я Сёреге, швырнув на капот конверт с деньгами.

— Не понял.

— Твой этот Азат чуть не зарезал кинджялом и топором двоих полицейских, которые остановили нас на этой сраной газели с хурмой!

— Чуть?

— Один из них оказался моим знакомым и я всё порешал.

— Ну видишь, не зря же я тебя послал. Красавчик, Димас, заслужил бонус!

— Да пошел ты.

— Не обижайся, да, у Азата необычный характер, но всё же прошло хорошо.

— У него права, кстати, просрочены.

— В смысле просрочены?

— В коромысле! Просрочены!

Твою медь. Вот шакал! Я с ним разберусь. А ведь братом клялся, что у него всё хорошо с документами. Хотя, зная Азата, у него-то и брата никакого нету, скорее всего.

Я молча смотрел на него из-подо лба.

— Ладно, садись, подкину тебя до дома. В офис все равно уже бессмысленно ехать.

Я молча сел в машину и отвернулся в сторону. Серёга и не напрашивался на разговор, поэтому включил легкий рок и мы двинулись.

— А куда нам ехать, кстати?

— На Рогань.

— Твою ж медь.

— Знаю. — уже более снисходительно ответил я.

— Ну ничего, это тебе.

Мне на ноги упали пару свернутых купюр.

— Спасибо.

— Тебе, Димас, спасибо, выручил.

Следующие десять минут прошли в молчании. Меня это устраивало, рыжего коллегу походу тоже, поэтому я достал телефон.

Дима:

Здарооовушки))) Как дела?

Алеся:

Приветик) да капец просто, я сегодня даже в офисе не была, папе помогаю, тут у него аврал полный на работе, а как ты, уже освоился?

Дима:

Если честно и откровенно, то я как только пришел, нас с Серёгой сразу отправили в налоговую, а потом такоооое было, в общем завтра расскажу, а то долго писать. А что за завал? И кем твой папа работает?

Алеся:

Он начальника отдела по отлову двоедушников-уклонистов, недавно накрыли целую шайку таких, в метро скрывались, но один, самый матёрый из них, ушел… папа его уже третий год никак не словит

Дима:

Какой умелый уклонист)))