— Состоит из восьми бит. Четыре буквы.

— Байт.

— Проходи.

Я подошел к турникету, пикнул пропуском, загорелась зелёная стрелочка и вот я внутри. Третий этаж. Направо. Стеклянная дверь.

Ох! Напоминаю фишку офиса, где мне теперь предстоит работать — здесь всё покрашено так, как-будто ты попадаешь в наркоманский трип. Голубой потолок, жёлтые двери, зелёный ламинат, чёрные стены.

Не желая искать приключений на свою мадам сижу, я, как и в первое посещение, зашел в первую дверь слева. Комната отдыха для сотрудников.

И снова резкая смена цветов и даже восприятия. Прям как в фильме Доктор Стрэндж, когда его кидало по измерениям. Светло-голубой потолок, фиолетовые стены, оранжевый линолеум.

На белом кожаном диване вальяжно расселся рыжий парень в красно-синей клечатой рубашке. Его окружала едва заметная белая аура творца. Да что ж такое, как много разных цветов повсюду, так и эпилептиком стать можно.

Будущий коллега лениво попивал из чашки, летая в своих мыслях. Погодите-ка, я его где-то видел уже. Точно, он был с Алесей и Арсением Михайловичем, когда в меня пытались вселить чужую душу.

— Дима. — уверенно сказал я, протягивая руку.

— Серёга, — парень пожал мне ладонь в ответ.

— А тебе никто за сменку не говорил? — спросил он, глядя на пол за мной.

Там, на оранжевом линолеуме остались мокрые следы от ботинок. Вот баран! Зима же, мог бы и сам догадаться, ну или хотяб тряпкой подошву протереть.

— Дверь напротив — там оставишь курточку и возьмешь швабру, умывальник там тоже есть, и тапочки. И советую поторопиться, пока Людмила Аристарховна не пришла.

Я аккуратно, пытаясь наступать на свои же следы, вышел назад в коридор, открыл жёлтую дверь напротив. Маленькая подсобка с умывальником, крючками для одежды, полочками для обуви и разным хламом в углу. Я сразу же повесил куртку, на крючок, переобулся в удобные серые тапочки и занялся вытиранием своих же следов. Когда с ними было покончено и я закрывал дверь, в коридор вошел мужчина в тёплой дублёнке и смешной кроличьей шапке с ушками. Белая яркая аура творца в наличии.

— Здравствуйте, Дмитрий Дмитриевич, — сказал мужчина, протягивая руку.

— Дима.

— О, тёски. — он улыбнулся и начал раздеваться, а я, чтоб не мешать, вернулся в комнату отдыха и сел на диван. Из колонок небольшого музыкального центра играла приятная The Lazy Song — Bruno Mars. Так, и что теперь?

— Чайку? — предложил рыжий парень.

— Нет, спасибо.

— Ну как знаешь, о, Митрич, здарова.

— Доброе утро.

В комнату вошел мужчина, они поздоровались, Дмитрий Дмитриевич сел на белое кожаное кресло, достал телефон и погрузился в чтение. Новоприбывший, кстати, больше походил на офисного работника, чем рыжий — белая рубашка, брюки, чёрный галстук.

— Что пишут? — поинтересовался Серёга, хлебнув из чашки.

— Опять проблемы с кентаврами в Греции, митинг устроили.

— И чё им там не имется?

— Хотят огородить часть леса, в котором они живут, от остального мира и создать там свою общину, а одна строительная компания хочет снести эту часть леса и построить там отель.

Дверь комнаты открылась и в неё заглянула женщина со стрижкой каре. Её голову обрамляла оранжевая аура. Хм, интересненько, такой я еще не видел.

— Доброе утро, Людмила Аристарховна! — улыбнувшись, воскликнул Митрич.

— Здравствуйте, — почти одновременно сказали мы с Серёгой.

— Ножов, через час зайдешь ко мне в кабинет, надо официально оформить тебя. И сменную обувь завтра не забудь! — укоризненно добавила она в конце, скользнув взглядом по тапкам. Дверь захлопнулась.

— А это кто?

— Людмила Аристарховна — наш бухгалтер и замдиректора в одном лице, — ответил Митрич и тяжко вздохнул, продолжая смотреть на закрытую дверь.

Серёга сделал последний глоток, поставил чашку на стол и сладко потянулся.

— Ну-с, новобранец прибыл, теперь-то нам полегче будет… — не успел он продолжить, как что-то загудело. Сначала тихо и приглушенно, а затем быстро нарастая. Работники фирмы напряглись, а я не понимал, что происходит.

— Митрич! — выкрикнул Серёга. Дмитрий Дмитриевич в тот же момент вскочил с дивана и направил руки в сторону холодильника.

Сам же рыжий парень в этот момент подбежал к подоконнику, взял какой-то прибор, похожий на металлодетектор, и тоже направил его на старый Донбасс. А тот в свою очередь лютовал! Этот древний зверь ревел, как раненный динозавр. Шум стоял непередаваемый. Апокалипсис неминуем. Нам уже не спастись. Затем громкий хлопок, яркая вспышка и всё прекратилось.