Не то, чтобы Лев Аркадьевич пристально следил за жизнью молодых, он просто старался держать всё под контролем, чтобы если что, сыграть потом на опережение.

Ему было по-мужски, да и по-отцовски неприятно за рогатого сына, но он понимал, что разрушать своим признанием столь выгодный союз — это глупо. Да и кто в наши дни не изменяет? Вот, оказалось, что и его отпрыск не такой уж и агнец божий. Правда, он тоже выбрал себе в любовницы ну совершенно неподходящую особу…

Что за дурдом!

А если эта Злата стала с годами чуть хитрее, навешает во время любовных утех его сыну на уши лапши и Марк вздумает подать на развод? Зотов души не чает в своей единственной дочери, да он за неё готов перегрызть горло любому. Какой будет скандал! И на сотрудничестве можно будет поставить жирный крест.

Нет, никак нельзя этого допустить! Почему из-за блажи двух молодых идиотов должны постарадать две уважаемые семьи?

Нужно поговорить с сыном, прямо сейчас. Как бы Льву Аркадьевичу этого не не хотелось, но придётся рассказать Марку о событиях четырёхлетней давности, и о подкупе придётся рассказать тоже. Так что чем бы его сын там в эту минуту не тешался, ему придётся оставить своё занятие и выслушать отца.

Лев Аркадьевич незаметно оставил квохтающих и всхлипывающих женщин в гостиной и скрылся за дверью своего кабинета…

"Абонент не отвечает или временно недоступен. Попробуйте позвонить позднее".

Ах ты ж, дьявол! — старший Шелест негромко выругался и, понимая, что это бесполезно, всё-таки набрал номер снова.

Конечно, отключен. Кому хочется, чтобы в любовные утехи непрошенно вмешался звонок от дотошной жены.

Лев Аркадьевич снова матернулся под нос и набрал короткое смс: "Срочно мне позвони. Это крайне важно".

Какой же его сын всё-таки кретин! Потерять всё ради какой-то залётной девки! Думать надо головой и только ей, а не тем, что в штанах. Если бы он сам тридцать лет назад пошёл на поводу у чувств и женился на своей первой любви, то где бы он сейчас прозябал? В хрущёвской трёшке на окраине города? Ну не достиг бы он таких высот без помощи отца Маши. Не достиг! Успех мужчины зависит не только от воли к победе, но и от правильно подобранной женщины с правильной родословной.

Выйдя из кабинета Лев Аркадьевич услышал громкие всхлипы и раздражённо закатил глаза. По-моему, девчонка переигрывает. Она сама наставляла рога его сыну, а теперь пытается выставить себя невинной жертвой. Какие же женщины всё-таки актрисы.

— Я позвонил Марку.

— И что? — обе — и Маша, и Дарина вскинули на него вопросительный взгляд.

— Недоступен.

— Ну, конечно, ещё бы! — прошипела Дарина и принялась снова рыдать. — Развлекается сейчас со своей официанткой, разве ему до звонков!

— Если хочешь, оставайся ночевать у нас, — предложила Мария Венедиктовна. — Утро вечера мудренее, что-нибудь решим. Возвращаться сейчас в пустой дом не лучшая идея.

— Нет, я поеду домой, — мотнула головой невестка и громко высморкалась в бумажный платок. — Буду ждать Марка, в конце концов он же вернётся.

— Умоляю тебя, девочка, не руби с плеча… Вам просто нужно обо всём спокойно поговорить, может, съездить куда-нибудь в отпуск. Вдвоём. Прости его, Дариночка. Он тебя любит, я знаю это точно, — как бы не пыталась оправдать сына мать, девчонка лишь отрицательно качала головой, сжав плотно губы.

Признаться, Льву Аркадьевичу этот цирк уже начал надоедать. Устроили из-за такой мелочи трагедию вселенского масштаба. Изменил, подумаешь! Его больше волновало, как на это всё отреагирует Зотов, вот это будет настоящая трагедия.

Нет, можно будет потом конечно выкинуть козырь, что у его доченьки тоже рыльце в пушку, но этого джокера Лев Аркадьевич приберёг на самый крайний случай.

— Спасибо вам за поддержку, поеду, — скорбным голосом произнесла Дарина и, покачиваясь, поднялась. — Вызовите мне такси, хорошо? А я пока умоюсь. И ещё, если можно, таблетку аспирина — голова просто раскалывается.

Судя по исходящему от неё амбре, голова у неё раскалывалась явно не от слёз, но свои мысли Лев Аркадьевич решил оставить при себе. Ни к чему подливать сейчас масла в огонь.

— И да, Лев Аркадьич, и вы, — обернулась на свекровь, — Мария Венедиктовна, я очень вас прошу не говорить о моём к вам визите Марку. Пожалуйста.

— Но как же…

— Пожалуйста! Наверное, я совершила большую глупость, приехав к вам, надо было мне сначала поговорить с мужем, а уже потом… Нехорошо это, выносить сор из избы. Жаловаться. Но просто когда я увидела его с другой, мне так захотелось заручиться поддержкой близких мне людей. Я сразу же подумала о вас…