— Хочешь, позвони с моего! — Дашка с готовностью протянула ему свой айфон.

— Нет уж! Чтобы ты тут уши грела… — засмеялся он. — Я позвоню, Даш. Сегодня же, обещаю.

___________________________

*Строки из поэмы Джорджа Байрона "Дон Жуан"

Попрощавшись с дочерью и её женихом, Белецкий, наконец, дождался собственного такси. Правда, уже садясь в машину, он вдруг решил изменить план передвижения.

— Едем на Кутузовский проспект, — обратился он к водителю. Тот скривился поначалу из-за внезапной смены маршрута, но рассмотрев, кем является его пассажир, расплылся в добродушной улыбке.

— А вы что, вот прямо здесь и работаете? — кивнул он на здание театра.

— Вот прямо здесь и работаю.

— Лет двадцать уже не был в театре… — признался таксист. — Я вас больше по кино знаю, по сериалам военным… Этот, как его… "След истребителя"! Как раз недавно повторяли по телеку… А автограф дадите? Для жены…

Почему-то мужчины, обращаясь к Белецкому с просьбой об автографе, всегда прикрывались жёнами, детьми, тётушками или двоюродными племянницами.

— Дам, конечно. Только, пожалуйста, поехали побыстрее.

Разумеется, он сильно рисковал: Анжелы могло не оказаться дома, и тогда он остался бы, как дурак, без связи и возможности вызвать такси. Как бы он добирался к себе? На общественном транспорте? То ещё развлечение…

Но Климова была на месте. Открыла дверь и округлила глаза.

— Какими судьбами? — выдавила она после небольшой заминки. Но ему вдруг показалось, что не так уж бывшая жена и удивилась его приходу…

— Поговорить.

— До утра это никак не могло подождать? — Анжела с досадой передёрнула плечами. — Первый час… И вообще, у меня муж на рыбалку уехал, что соседи скажут? Что ко мне бывший ночами шастает? — она пыталась иронизировать, скрывая свою растерянность, но Белецкий не обратил внимания на эту плоскую шуточку.

— Дай-ка мне свой телефон, — произнёс он, и по тону это была вовсе не просьба. Она захлопала ресницами.

— С какой радости?

— А то ты сама не догадываешься… Ну давай, Анжел, не тяни, я всё равно получу то, что хотел, просто иначе придётся применить силу… Я же знаю, от кого моя жена получила "добрую весть". Так что теперь просто хочу полюбопытствовать, в какой форме это было сделано.

— Вот у неё бы и поинтересовался… — немного струхнув, отозвалась Анжела.

— Скажи, ведь ты не могла знать того, что Кети вдруг полезет целоваться… Как тебе удалось уловить этот кратковременный момент? У меня это со вчерашнего дня из головы не выходит… Не знала ведь?

— Конечно, не знала, — откликнулась она, помедлив. — Поэтому я просто сняла ваш танец на видео… от начала до конца. Начала снимать, даже не подозревая, до чего вы в итоге “дотанцуетесь”.

— Вот как… И затем ты отправила этот видеофайл моей жене?

— Я поступила умнее. Просто заскринила момент с поцелуем, это было легко сделать — нажать на паузу в нужном месте и… — она не договорила. Всё и так было ясно, как день.

— Дай телефон, — повторил Белецкий. Анжела, уверенная в том, что терять ей больше нечего, послушно протянула ему трубку.

В мессенджере моментально отыскалось нужное сообщение среди "отправленных"… Фото, запечатлевшее объятия Белецкого и Кетеван, их соединённые губы… всего лишь миг, но какой красноречивый, если не знать, не видеть и не понимать контекста!.. Фотографию Анжела сопроводила язвительной припиской: "Юношеская наивность и безграничное доверие — это прекрасно, деточка. Но быть слепой глупо и унизительно".

Вот и всё. Вот так, собственно, оно и случилось. Белецкий несколько раз перечитал этот короткий текст, затем поднял глаза на Анжелу и очень тихо спросил:

— Почему?

— Кети моя подруга… — залепетала она неуверенно. — Я просто хотела, чтобы она была счастлива…

— Да чушь это всё, Климова, — быстро, со злостью, перебил он её. — Никогда она не была тебе настоящей подругой. Ты же никого в жизни не любила и не любишь, кроме самой себя. Так что на чувства Кети тебе плевать. На мои — плевать, никакого счастья ты нам с ней не желаешь, ты никому не можешь искренне его желать. Просто ты ненавидишь Галю и мечтаешь разрушить наш брак. С самого начала ты её терпеть не могла, я же помню… Вот только за что? За то, что она моложе и красивее? За то, что искренне меня любит, как и я её?.. Хрена с два Кети твоя подруга! — повторил он в ярости. — Она-то, может, и считает тебя таковой… А ты просто тупо используешь её в своих целях — ну как же, ведь такая прекрасная возможность рассорить меня с женой, не правда ли?! О самой Кети ты думаешь в последнюю очередь.