– Стой, кто идёт!
– всё же заметил меня боец.

– Свои. Лейтенант Бард. Разводящего ко мне.

– Стойте на месте.

Боец кричать разводящего не стал, видимо рядом был, потому как появился вскоре. Да не один, кроме сержанта были ещё два бойца и лейтенант-стрелок. Мы обменялись удостоверениями, изучая их, я ещё и приказ от командующего армии предъявил, что выполняю секретное задание, потом убрал документы на место, в этот раз я их не на ноге носил, а на сгибе локтя, чуть выше. Так проще доставать, чем полностью раздеваться чтобы ногу освободить. Заодно награды засветил. Один из бойцов аж присвистнул.

– За Финскую?
– спросил лейтенант Садов.

– Нет, за эту. Везло немцев бить на глазах командарма, а он на награды не скупился. Войну сержантом начал.

– Ничего себе, - поразился тот, помогая бинтовать документы к руке.

Я привёл форму в порядок, и мы прошли вглубь рощи, где тот и описал свои приключения. Лейтенант ротным был, выводил остатки батальона, чуть меньше ста человек, из окружения, плюс ещё около пятидесяти прибились к ним по дороге. Тот был старшим по званию что в батальоне остался. Я достал карту и показал, как добрался до них, посоветовал днём идти по оврагу, сокращая расстояние, а ночью сделать рывок. Ну и описал как на меня бандиты в нашей форме вышли, подтвердив, что это моя техника горит вдали, повреждена была во время схватки. Дал карту посмотреть, тот срисовал кроки, ну и попросил Садова помочь. Мы отошли в сторону, и я показал деньги в вещмешке. Нужно передать командованию, пусть пустит на благое дело, купить оснастку какого завода или ещё чего, найдут куда пристроить. Тот подозвал ротного старшину и назначил его ответственным за деньги. Мы втроём пересчитали их, оказалось сто тридцать шесть тысяч. Мне выдали расписку от Садова, что средства тот принял, старшина тоже свою закорючку поставил, а я написал рапорт как встретился с дезертирами и что обнаружил при них. Это чтобы легализовать Садову деньги, откуда тот их получил. Ну и попросил лейтенанта поделиться людьми, мне танкисты и разведчики нужны.

– Хорошо. Танкисты есть, да и разведчики тоже, - порадовал тот меня.

– Кстати, ты пришлых людей проверял? Немцы любят наших предателей засылать, под видом окруженцев, чтобы те сдавали такие группы подразделениям охранных дивизий что и занимаются поимкой групп вроде твоей.

– Думаешь у меня тоже есть?

– Вполне возможно. Немцы особо не стараются придать достоверности, потому на начальном этапе выявить их легко. Бойцы после боёв грязные и воняют, а эти чистенькие и пахнут мылом, да и поговорить можно, поймать на несоответствии. Некоторые даже легенды не учат.

– Двое таких, - сказал старшина, что закинув вещмешок с деньгами на левое плечо, стоял рядом и слушал.

– Нужно их нейтрализовать. У вас бойцы из НКВД есть?

– Нет, - покачал головой Садов.
– Есть двое из комендантской роты нашей дивизии.

– Тогда вы стройте бойцов, я отберу себе нужных, а вы по-тихому тех двоих отведёте и свяжите.

– Хочешь проверить не попросятся ли они к тебе?
– сообразил Садов.

– Да. Хотя об один должен попытаться.

Садов вскоре построил бойцов, старшина встал рядом с ротным. Похоже тот у него за зама, а я выйдя вперёд громко сообщил:

– Товарищи бойцы и командиры. Мне нужны добровольцы для особого задания. Требуются танкисты, шофёры и разведчики. Если есть такой специальности, прошу выйти из строя.

Вышло девять человек. Ну трое понятно, танкисты, один в комбезе, в синем, двое в красноармейской форме, но в шлемофонах и петлицы чёрные. Видимо комбезы сбросили, жарко. У одного пулемёт «ДТ», остальные личным оружием вооружены. Один явно с «Наганом», у другого винтовка. Этот скорее всего подобрал где-то, у танкистов в основном карабины. У того что в комбезе в петлицах гимнастёрки треугольники были, старший сержант, у двух других петлицы пусты. Остальные шестеро простые красноармейцы, у двоих «СВТ», у одного карабин «Мосина», у остальных винтовки. Старшина шепнул мне, что один из добровольцев как раз один из тех что ему подозрительными казались.

– Займись ими, - велел я тому.

Подозрительных бойцов быстро скрутили, старшина шестерых бойцов из доверенных использовал, их увели, а строй был распущен, кроме добровольцев.

– За мной, - велел я им.

Мы отошли в сторону, после чего я попросил представиться, сообщить кто такие и какую специальность имеют. Начал с танкистов. Из планшетки я достал командирскую тетрадь и начал записывать. У всех восьмерых были удостоверения, я их брал и записывал данные с них в тетрадь. Да, я помнил, как рассказывали, что у простых красноармейцев не было красноармейских книжек, командиры их знали в лицо так и опознавали, но я думаю это касалось мобилизованных дивизии, а я общался с бойцами кадровых войск. Вот что я смог подобрать. Старший сержант Никонов, мехвод с «Т-28», двое других танкистов, красноармейцы Яшин и Гиоргадзе, из его экипажа. Гиоргадзе стрелок из пулемётной башни, Яшин заряжающий. Даже странно, фактически готовый экипаж для меня если «Т-34» найдём. Тут Гиоргадзе подучить бы радиоделу, но уточнив, узнал, что тот радиолюбитель, разберётся. Танк их был побит в бою, остальные члены экипажа погибли. Один в танке остался, двое других, когда покидали машину были скошены пулемётной очередью. Как выбирались к своим и присоединились к Садову, это отдельная история. По шестерым другим, все красноармейцы. Четверо из разведбата Сто Двадцать Четвёртой стрелковой дивизии, Белкин, Дёмин, Бекназаров и Соколов, пробиваются из окружения. К слову, Соколов мехвод на «БА-10» был. Двое других, красноармейцы Шухов и Бутов, из автобата. Шофёры. Машины потеряны во время налётов, попали в окружение, выходят к своим. Номера частей парней я записал, после чего убрав тетрадь обратно в планшетку, сообщил:

– Дело у нас серьёзное. О плане операции я сообщу перед самым выполнением. Сейчас наша задача добыть немецкую форму, дизтопливо, подобрать танки из брошенных экипажами, желательно «тридцатьчетвёрки». От трёх до пяти. Пару «БА», желательно пушечных и пяток грузовиков перевозить пехоту, хватит одного отделения, и припасы с топливом и боезапасом. Как у вас с запасами я в курсе, пусты, сутки уже не ели. Мои запасы были уничтожены вместе с мотоциклом дезертирами, так что я тоже пуст, поэтому ставлю первую боевую задачу. Нужно добыть немецкую форму, транспорт и топливо. Покидаем рощу немедленно. Готовьтесь. Да Яшин, держите «ППД», винтовку сдайте старшине.

Бойцы начали готовиться, я знал, что с боеприпасами у них дело тоже плохо, но на короткий бой, даже скорее сшибку, им хватит. У Никонова в барабане револьвера всего три патрона, я ему тот свой запасной отдал, у остальных тоже от пяти до десяти, гранат совсем нет. Полдиска в пулемёте. Просить у Садова я не стал, у него бойцы тоже почти безоружные. На этом мы попрощались и разошлись. Тот двинул по оврагу в сторону дыма, раз немцы не появились, можно рискнуть, а мы, покинув рощу, пошли по полю, засеянному пшеницей. Риск, я в курсе, но риск оправданный. Тут рядом довольно большой лестной массив, туда мы и бежали. Километр шли, километр бегом. Как я и рассчитывал. Нас засекли, так что уже через час я в бинокль заметил, что к нам движется патруль. Да, я решил сыграть роль живца, и это удалось. Как я рассмотрел в бинокль, к нам прямо по полю катило три единицы техники, бронетранспортёр и два тяжёлых мотоцикла с колясками и пулемётами. Я правда на меньшее рассчитывал, на парочку, но и этому рад.