Я в шоке уставилась на него, так как на несколько секунд потеряла дар речи. А мужчина выжидающе смотрел на меня.

— Ну, п…ц выбор! — вырвалось у меня.

Настала его очередь терять дар речи.

— Ты совсем офигел?!

Я возмущенно выдохнула.

— Три года в рабстве! Ты думаешь, я с тобой была, как на курорте?! Да, ты…

Дыхание от злости перехватило.

— Да ты… Имеешь представление, как это унизительно!

Теперь уже мне хотелось взять что-то и расколотить об пол. Или об его голову.

Вихо спокойно смотрел на меня.

— Дар, в этом случае, он тебя не тронет.

Я вспомнила момент в машине, где Тэй сказал, что жалеет, что я чья-то собственность. Тогда он был осторожен и дальше «заигрываний» с когтями не ушел.

— Ну, помучается пару дней, — прорычала я. — А потом отстанет. А я останусь в ошейнике навсегда!

— Зато в безопасности!

Вихо снова начал выходить из себя.

— Может, еще запрешь под замок и на поводок! На всякий случай!

— Если надо будет, посажу!

Не знаю, что на меня нашло. Стало ужасно обидно за себя. Злость помутила рассудок. В один шаг я оказалась рядом с Вихо и с размаху влепила ему звонкую пощечину.

Его голова дернулась вправо, а на щеке остался красный след.

В комнате воцарилась тишина.

Внутренности болезненно сжались от страха, но теперь поздно отступать. Если уж он разозлиться, то и пусть. В этот раз изображать из себя ласковую рабыню я не собираюсь. Надоело. Хочет, чтобы я осталась. Ладно, но теперь пусть в полной мере увидит, кого он решил пригреть на груди.

Вихо медленно провел рукой по щеке. Он был до страшного спокоен. Лишь глаза блеснули в полутьме комнаты.

Я гордо выпрямилась и упрямо посмотрела ему в глаза.

— Легче? — спросил он.

Я проглотила ком и тяжело выдохнула.

— Намного.

Я несколько раз коротко кивнула.

— Ты заслужил.

В его глазах загорелись огоньки страсти. Дыхание стало тяжелым.

— Стерва.

— Козел, — тут же отбила я подачу.

— Обожаю, — рыкнул он.

— Ненавижу.

Доля секунды. Меня прижимают к стене и накрывают губы поцелуем. Я уперлась руками ему в грудь, но их тут же развели и прижались ко мне всем телом. Стало трудно дышать. В момент, когда я подумала, что еще немного и снова упаду в обморок от недостатка воздуха, Вихо отстранился и, хрипло дыша, уперся лбом о мой.

— Потом, — тяжело выдохнув, сказал он. — Ты сама.

— Что сама? — не сразу дошло до меня.

Вихо усмехнулся.

— Хочу, чтобы ты сама меня захотела.

К таким переменам я, честно, была не готова. Ожидала чего угодно, но никак не этого.

Мое лицо, видимо, представляло собой, то еще зрелище, потому что Вихо прижался губами к моему лбу.

— Как я по тебе скучал, солнышко, — прошептал он мне.

Меня отпустили и даже отошли на несколько шагов. На губах Вихо блуждала мягкая улыбка, а глаза добро смотрели на меня. Он выглядел счастливым. И меня это настораживало. Не мог он так измениться. Раньше моего мнения особо не спрашивали. А теперь какой-никакой выбор. И даже лезть не стал.

— Твое решение? — спросил он у меня.

— А просто уйти я могу?

— Нет, — категорично отсекли мой план Б.

Я горько усмехнулась.

Оставаться не хотелось. Ошейник носить тем более. Оба варианта были одинаково неприятны мне. Если бы не Тэй.

— Остаюсь, — решила выбрать я меньшее из зол.

Вихо кивнул, так как понимал, что иного варианта я бы не выбрала. Он критично осмотрел меня и недовольно нахмурился.

— Ты похудела.

— Действительно? — фальшиво удивилась я. — Может, потому что кто-то мне покоя не дает.

Вихо заботливо взял меня за руку и вывел из кабинета.

— Тогда первое, что мы сделаем — поедим.

Спустя полчаса, после того, как чернокнижник убедился, что я не голодна, он снова повел меня на второй этаж, где впустил в комнату. Оставшись стоять на пороге, он пожелал хороших снов и ушел.

Некоторое время искренне верила, что он вернется и все-таки возьмет меня. Но он не пришел, и я легла в кровать и почти тут же уснула.

Вихо закрыл дверь в спальню Дар и быстрым шагом направился в сторону кабинета. С каждым шагом его лицо становилось все злее и сумрачнее. В полутьме глаза блеснули фиолетовым цветом, но он удержал рвущуюся из него ярость.