— О, друг Хаммер, ты желаешь заключить сделку?

Я застонал от его непроходимой дремучести.

— Блин, Бог Крови, ты задолбал!

— Следи за языком, жалкий смертный.

— Да, да, конечно, — я отвернулся и зашагал к Сафире, — Иди ты нафиг со своими сделками. Не хочешь помогать, не помогай. Только если совесть будет грызть, я не виноват.

— Кто меня будет грызть? Кто посмеет? — Бог Крови снова оказался рядом.

— Совесть, — повторил я, пытаясь сообразить, есть ли это слово в лексиконе темного эльфара.

— Я уничтожу ее одним щелчком пальца, — засмеялся жрец.

— Ты хоть знаешь, что это?

— Я все знаю, смертный.

Не обратив внимания на его слова, я сказал:

— Совесть — это когда ты будешь сидеть в своем храме, и все время думать о том, что я тебе помог, а ты вот… — я ткнул в него пальцем, — отказался! Будешь смотреть на своих эльфиек, и видеть укор в их взглядах!

— Я их уничтожу! Утоплю в крови!

— Или стражники твои камнеголовые… Посмотришь в их глаза, и увидишь, как они тебя осуждают. Будут они думать — не ценит наш властелин дружбу.

— Я их раскатаю в пыль!

— А себя? Посмотришь в свой кубок, увидишь отражение, а оно тебе и скажет — ни хренашеньки твоя дружба не стоит, Бог Крови. Вот Хаммер, тот настоящий друган!

Мы так и прошагали до самой Сафиры, и я заметил, как стоявший в воротах Люций побледнел, увидев, кто со мной рядом. Я махнул ему, чтобы он не беспокоился. Мы остановились с жрецом перед входом, дальше я его не собирался пропускать.

Бог Крови совершенно неожиданно спросил растерянным голосом:

— Так что же делать, друг Хаммер? Неужели теперь мне не видать спокойной жизни?

— Ну, почему же, послушай свое сердце, что оно скажет?

— Ха-ха-ха, глупец, — засмеялся жрец, — Мое сердце было отдано в обмен на великую силу, и сгинуло в жертвенном огне!

— Ты бы не задавал таких вопросов, если б у тебя его не было, — произнес я с пафосом, — Все, Бог Крови, решай сам. У меня дел полно, к осаде еще надо готовиться. Друзья ждут, мы там вместе будем думать, что дальше делать.

Я махнул ему рукой и прошел в Сафиру, оставив Бога Крови в полной растерянности. Тот даже не нашелся, что ответить.

Бледный Люций с испаринками пота на лбу выставил в его сторону алебарду, да так и застыл на негнущихся ногах.

— Расслабься, смертный, — сказал ему Бог Крови, — Сафира — в надежных руках, — он захохотал и исчез.

Разговор с Богом Крови изрядно испортил мне настроение. Не сказать, чтобы я на него рассчитывал, все-таки я уже неплохо знал его сущность. Им управляют свои скрипты, и на волевые решения Бог Крови навряд ли способен. Вот только даже я меньше ломался, когда Вестник озвучил мне свое предложение.

Я медленно прошелся по Сафире, будто уже прощался с ней. И, пока шел к площади, стал думать. Мой боевой опыт включал в себя исключительно ПвП на аренах, максимум семь на семь. Впрочем, недавние события в болотах Дефри показали, что эти знания вполне применимы и в более крупных сражениях.

Но там была гибкость маневров, и были хорошие воины. Здесь же… Ну, кто пойдет регаться на защиту свободного города? Только нубы, которые получат смешное жалование за службу и опыт. Последний даже важнее.

Я сомневался во всем.

В своем Хаммере. И дело не только в том, что мой кователь был двадцать шестого уровня. Я не чувствовал этого персонажа, не было автоматических рефлексов. На Антшоте я с закрытыми глазами перебирал стрелы, а тут один молот, и я порой забывал, за какую сторону его брать.

Сомневался, что мои согруппники смогут оказать скилловую поддержку в нужное время. Одна семидесятка выскочит, и завалит сразу всех.

И, тем более, у нас нет техники. Кстати, надо спросить у бургомистра, нет ли тут турелей? Кто-то же построил в Сафире стены, в любом клане есть технари, должны же они были чем-то заниматься.

Я остановился. А ведь я сам гном-технарь. Специалист по механизмам. Катапульты и турели, какой это уровень профы?

Быстро открыв журнал специализации, я пролистал имеющиеся стандартные рецепты. О, да. Катапульту я уже могу, правда, небольшой стреломет, зато снаряды у него размером с дорожный знак. Как и турель — простенькую, поливающую раскаленным маслом противника у самой стены.

Мои глаза зацепились еще за одну штуку. Боевой горн ярости. Установка для поддержки войск, дарующая им дополнительные силы. В общем, вешала на союзников бафф ярости, хоть и первого уровня. А ведь в основе механизма, напоминающего большой саксофон, был предусмотрен камень гранат. Вот и Спруту найдется работка.