— Стоим! Залп!

И стены опустели.

Полсотни шагов и Пробой разносит ворота в щепки. Первым туда проскакивает Катирия, затем строевые големы. Короткая рубка во дворе, закончившаяся в один миг, как только ворвавшиеся солдаты получили команду о залпе.

А вот во внутренние помещения первым вхожу уже я, не обращая внимания на недовольный возглас Катирии. Нет никого лучше боевого мага для того, чтобы грудью встретить врага. Только у меня хватит защиты, скорости и силы, чтобы выдержать то, что гарантированно уничтожит любого из солдат. Или даже мастера меча. Довольно я был командиром и шел позади строя. Все и без того помнят мой приказ — передвигаться группами, в случае опасности подать сигнал одноразовым амулетом и стягиваться под прикрытие Сигны и Гвардейца с Истоком. Полсотни строевых големов купят нам время на бегство даже от архимага.

Если до этого дойдет.

Сеть растеклась по коридорам, лестницам, выстроив в моем сознании карту. Все было очень похоже на тот огромный дворец архимага, что я штурмовал в Кернатуме: анфилады комнат, галереи и аркады. Только в миниатюре.

Пинок в дверь. Пусто. Шаг дальше. Огромный Шип выносит дверь на другом конце холла, а следом сразу влетает Сфера. Хлопок. Впустую. Сеть, нырнувшая через порог, сообщает, что там никого нет.

Первый этаж и охрану холла оставляю Катирии и набегающим солдатам, а сам перескакиваю через две ступени, бегом поднимаясь по лестнице. Передо мной появляется ожившая статуя воина, с ног до головы закованного в позолоченные доспехи. Шип ему в ногу, а в миг, когда некроголем теряет равновесие, эспадон в длинном, невозможном для человека выпаде проскальзывает в узкую щель забрала, обрывая существование создания. За спиной грохочет по ступеням подкованными сапогами запоздавшая и ругающаяся Катирия. Дальше!

Вот только охраны поместья оказалось маловато и ни следа возможной засады. У нас даже раненых нет. А у меня всех потерь — порванный по низу плащ, которым я зацепился за щепу в одном из выбитых проёмов. От разглядывания потери меня отвлёк крик старшины Пламита:

— Тонму командир!

Я выглянул с лоджии, что опоясывали холл под самой крышей:

— Здесь.

— Спуститесь, тонму капитан. Там в подвале огромная дверь и явно закрыта магией. Диодр морщится, но ничего с ней поделать не может.

А вот это уже было интересно.

Освещенный желтыми шарами подвал внушал: целые катакомбы — потолок нависал надо мной на высоте метров пяти. Дверь была ему под стать — толстая плита камня в три метра высоты. Кого она должна пропускать и как этот кто-то должен был проходить через вход наверху, в самом поместье, выбитый мной Пробоем и даже после этого меньше высотой? Уточнил у напряженно замерших перед ней фигур:

— Что у вас?

Диодр с Ларией расступились:

— Тут явно плетение, но двусоставное. Похоже, нужен ключ-артефакт.

Я кивнул, показывая, что услышал и нырнул в Сах, чтобы оценить самому. Дверь и впрямь покрывали рунные цепочки. Причём это явно была работа артефактора — он использовал чужую ему стихию земли, чтобы придать камню прочность. Подобную работу я встречал: на таком же принципе строились ворота между секторами в Пеленоре. После сигнала тревоги их можно было открыть только ключами старших караулов. Но я видел и отличия. Поделка передо мной была очень… примитивной.

Диодр кашлянул, привлекая моё внимание:

— Пробой, тонму капитан?

Я отрицательно покачал головой. Здесь артефакт нужен лишь, чтобы подать сырую ману для движения плиты. Чего опасаться там, где маги либо служат Кернариусу, либо безропотно входят на алтари? Подобный «ключ» я мог бы изготовить за половину часа. Ещё можно поискать его в кабинетах наверху. Но есть и быстрый путь…

Хлысты сдвинулись, протягивая ближайшему солдату мой щит и эспадон. Через секунду я вскинул руки, помогая себе вычерчивать незнакомую последовательность рун. Они и сами сильно отличались от привычных мне. Но законы Искусства были общими для всех: блок условия, цепочка передачи, накопитель. Сначала я влил свою ману, а через мгновение слил из жил остатки бегущего по ним огня маны Истока, что зачерпнул еще в поселке. Ничего. Мало. Я увеличил размер своей отмычки, самым простым образом увеличивая емкость накопителя в плетении — масштабируя блок — протянул к нему руку. Отправил в конструкт еще порцию маны. Ещё. Ещё.

Моя подделка под работу архимага налилась видимым для всех светом от утечек, но в этот раз не привычным голубым, а желтоватым, напомнив мне о цвете отметок химер в Сети и заслонив собой саму дверь-плиту. На мгновение я решил, что моя отмычка сейчас расползется от перенасыщения маной, но этого не случилось. Конструкт словно втянуло в каменную плиту, и она начала сдвигаться в сторону, а в появившуюся щель тут же скользнули нити Сети и Улей. Секунда, и стоявшие по ту сторону некроголемы оказались пробиты в десятке мест каждый, а тому, кто оказался покрепче, достался Пробой. На ногах остался лишь человек, вокруг которого невидимым кружило мое заклинание. Зелонец трясущимися губами выдавил из себя:

— Владыка Равр уничтожит вас за дерзость!

Шагнувшая к увеличивающемуся проёму Катирия рванула за шиворот верного:

— Ждём не дождёмся.

Хмыкнув, я перешагнул порог и огляделся. Здесь помещение уходило вдаль, теряясь в темноте. Ночной глаз? Но я не успел даже потянуть его заготовку из Орба, как рядом оказался Диодр-погонщик и под захлебывающееся причитание зелонца коснулся рукой шара на стене. Тот зажегся жёлтым светом, и цепочка его близнецов побежала от нас, освещая эти катакомбы.