– Доброе утро, крошка, – с утра его голос заметно хрипит. Я поддаюсь вперед, наваливаясь всем весом на Олега.

– Доброе утро, Сокол, – мужчина криво ухмыляется, опуская руку на мою ягодицу.

– Не называй меня так, малышка.

– Почему? Кстати, давно хотела спросить, почему «Сокол»? Из-за фамилии, да? Что это за странные клички у вас отцом?

– Тебе лучше не знать об этом, девочка. Маленькая еще, не доросла, – Олег щелкает по моему носу пальцем, и я тихо вскрикиваю.

– А вот и доросла. Расскажи мне все. Расскажи, Олег. Я хочу узнать тебя больше. Ты ведь не простой комерс, как и Зверь, да?

– Не простой. Угадала. Но тебе лучше не рыться в том месте, откуда не бывает выхода.

– Почему ты так говоришь? Ты как-то связан с бандитами?

– Маша, я сказал, хватит. – Олег отталкивает меня назад, а затем поднимается с постели.

Я смотрю на его голое тело, глотая слюни. Невозможно оторвать взгляд от мощной подкаченной фигуры и широкой спины, на которой красуется черный сокол, расправив крылья. Я встаю с кровати и подхожу к Олегу. Обхватываю его руками, насколько хватает сил. Льну к его спине, упираясь щекой ниже лопаток. Я такая маленькая по сравнению с ним. Такая хрупкая и беззащитная.

– Тарновская, ты умеешь управляться с кофе машиной? – Голос Олега выводит меня из сладких грез.

– Умею.

– Тогда дуй на первый этаж. В кухне есть кофе машина. Я буду двойной эспрессо с одним сахаром.

– А волшебное слово?

– Дуй бегом, а иначе я пройдусь по твоей заднице, и поверь, тебе это точно понравится, – я глотаю ком в горле, понимая, что Олег имел в виду не шлепок по заднице.

– Вообще-то я хотела услышать «Пожалуйста». Знаешь, Олег, у вас с моим отцом много общего.

– Да? И что же?

– Ты не умеешь просить, как и он. Вы привыкли, чтобы люди беспрекословно подчинялись вам, а я так не хочу, Олег. – Олег оборачивается и обхватывает мои плечи руками. Смотрит пронзительным взглядом игриво, улыбаясь.

– Я тебя услышал, крошка. Виноват. Исправлюсь. Сделай мне кофе.

– Пожалуйста, – добавляю я.

– Пожалуйста, – выдыхает в мои губы Олег, награждая ласковым поцелуем без языка.

Я тону в его объятиях. Позволяю себе довериться этому взрослому мужчине и возложить на него всю ответственность за наши порочные отношения. Я знаю, он найдет выход. Поговорит с отцом, когда наступит подходящий момент. Я верю ему. Верю Олегу, хотя сердце предательски щемит в груди. Опасный? Да плевала я на все табу. Я не представляю жизни без Сокола. Да я лучше сдохну, но больше никогда не откажусь от него. Наверное, я окончательно съехала с катушек.

Я хватаю с кровати простынь и обматываюсь её в подобие кокона. Олег недоуменно смотрит на меня, а затем широко улыбается.

– Что это, Маша?

– Хм, – окидываю взглядом импровизированный наряд. Скидываю простынь и шагаю навстречу мужчине, виляя бёдрами. – Так лучше?

– Лучше, но только в пределах этой спальни, крошка. – Я показываю ему язык и направляюсь к двери. Не успеваю дойти всего лишь пару шагов, как крепкие руки отрывают моё тело от пола. Я барахтаюсь ногами, иногда ударяя пятками по мужским икрам.

– Пусти. – Визжу сквозь звонкий смех, когда Олег опускает меня на кровать и пытается защекотать.

– Отпустить?

– Да. Отпусти. Я просто пошутила. – Мужчина заносит мои кисти над головой и сжимает их одной рукой. Наваливается сверху всем весом, а затем раздвигает ноги своим коленом.

– Машка, я просто обязан тебя проучить за неудачную шутку.

– Почему? Боишься, что кто-то может увидеть меня в твоём доме? Не бойся, твои тараканы никому ничего не расскажут, – Олег глотает смешок, щуря глаза.

– Тарновская, шуточки у тебя, конечно же, детские, но тараканы-таки имеются. Точнее, я бы сказал, та-ра-ка-ни-ще.

– Даже так? Тогда я бы с удовольствием с ним познакомилась.

– Не вздумай, Машка. Голову оторву, не раздумывая. Если серьезно, я имел в виду своего сына. Он парень достаточно взрослый, твой ровесник. И, если он перенял мои гены, то ты точно в его вкусе.

– Сын, говоришь? А он хорошенький, и у него такие же нереальные губы, как у тебя, Олежка? – Я опускаю взгляд на пухлые губы и почти поедаю их глазами, ощущая горячее дыхание мужчины.

– Маша, предупреждаю, даже не вздумай.

– Не вздумать, что?

– Ты поняла, о чём я говорю. Не притворяйся, крошка.

– Олежка, да ты ревнуешь. Знаешь, мне кажется, у тебя какой-то синдром собственника.

– Так и есть. Ты моя девочка, только моя.

Олег разжимает мои руки, а сам опускается на локти. Вонзается в мой рот горячим языком, рисуя внутри затейливые узоры. Он кусает мои губы до дрожи в коленях, царапает кожу колючей щетиной до мурашек по коже. Я обхватываю мужскую шею руками и притягиваю Олега к себе ещё больше. Широко расставляю ноги, обвивая крепкий торс, а затем издаю сладкий стон, когда большой член скользит внутрь меня.