Подхожу к лестнице. Девчачий голос задорно визжит от смеха, а ему вторит низкий баритон. Опускаюсь на несколько ступенек, но продолжаю оставаться незамеченным. Не тороплюсь вмешиваться, пока не разберусь, что к чему. В сердце почему-то предательски щемит внутри.

– Давай помогу.

– Я справлюсь, – отвечает Машка, а затем громко вскрикивает. – Макс, ну, сказала же, справлюсь.

– Я вижу, как ты тут справляешься. Дай сюда.

– Не-а, не отдам.

– Тогда я подойду и сам возьму, – голос Макса странно хрипит и это раздражает меня не на шутку.

– Попробуй, – отвечает Маша. Зря она это делает. Для Соколовских нет преград.

– Ну, держись, малявка.

Я не выдерживаю и практически врываюсь на кухню. Застываю в дверном проёме, пытаясь отдышаться. Я бежал по лестнице настолько быстро, что выбил из лёгких весь кислород. Машка, заметив меня, тяжело дышит, точно глотая ком в горле. Макс нависает над ней, обхватив двумя руками. Я, молча, наблюдая за происходящей сценой, не находя слов.

– Попалась? – Игриво мурлычет Макс и у меня отказывают тормоза.

– А, ну, отошёл от неё, быстро, – я не узнаю собственного голоса и почему-то сжимаю кулаки. Злюсь?

Макс медленно оборачивается и окидывает меня недоуменным взглядом:

– Олег?

– Максим. Что здесь происходит? – Сын молчит, переводя взгляд с меня на крошку. Машка, в свою очередь, отодвигается в сторону и одергивает мою рубашку, которая неприлично задралась вверх, обнажая бёдра.

– Олег, всё нормально. Макс всего лишь хотел мне помочь, – девочка пытается смягчить мой гнев. Робко улыбается, а затем подходит к Максу и протягивает нож.

– Вот, держи. Можешь разделать курицу.

В ответ Макс кивает головой, беря из рук Маши нож. На короткое мгновение их пальцы соприкасаются, и я ощущаю, как меня пронзает подобно электрическому току. Перед глазами устилается пелена. Я не контролирую себя абсолютно. Подхожу к Машке и хватаю крошку за руку, притягивая к себе.

– Я что-то ничего не понимаю. Маша, ты спишь с моим отцом? – Глаза сына готовы вылезти из орбит. Он смотрит на то, как я обнимаю Машку за талию, будто не веря.

– Я, – Машка пытается ответить, но я пресекаю её попытку, поднося к женским губам палец.

– Крошка, сходи наверх и принеси мой телефон, пожалуйста, – Маша подчиняется беспрекословно. Выбегает из кухни, и мы остаёмся с Максом наедине.

Подхожу к кофе машине. Делаю себе утренний эспрессо, ощущая на спине тяжёлый взгляд сына.

– Может, ты мне всё объяснишь, Олег?

– А должен?

– Было бы не плохо. Но, кажется, я и так догадался.

– Креститься нужно, когда кажется, – поворачиваюсь лицом к сыну и пью из чашки горячий кофе.

– Олег, ты в курсе, чья это дочь? Машка - дочка твоего друга. И, к тому же, годится тебе в дочери.

– Спасибо, что заметил, а то я ведь не в курсе. – Макс прожигает на моём лице дыры, скрестив руки на груди.

– Тебе, что баб мало, Олег? Почему Маша?

– Я не собираюсь отвечать на твои вопросы.

– О’кей, ладно. Не отвечай. Вот только скажи. Не боишься, что я всё расскажу Зверю? – Мелкий вздумал меня напугать.

Я с шумом швыряю чашку в раковину и та, падает, разбиваясь. Делаю несколько широких шагов, оказываясь лицом к лицу с Максом. Сын выдерживает мой взгляд и даже бровью не ведёт. Не боится засранец, весь в меня.

– Ты не расскажешь, иначе потеряешь всё.

– Это была угроза? – Максим вскидывает подбородок вверх, заглядывая в мои глаза.

– Предупреждение, сын. Всего лишь, предупреждение.

18 Глава_Маша

Утро. Я вожусь на кухне, готовя завтрак. На сковороде жарятся битки, а в духовке запекается шарлотка. Энергия бьёт ключом, пока на пороге не появляется ненавистная мачеха.

– Так, так, так. Что тут у нас? – Блондинка демонстративно подходит к сковородке и притворно морщит нос, окидывая взглядом свиные битки. – Фу, какая гадость. Холестерин в чистом виде.

– И тебе, доброе утро, мамочка.