Акси помнил тот день, как будто это было вчера. Мера стоял виноватый, пряча взгляд в пол, но он и так все понял. Выбежав во двор он увидел белые перепуганные лица девушек и Нириду, лежащую на земле в луже крови, она была уже мертва.

То, что случилось потом он знает лишь с чужих слов. Говорят, он молча обошел дом, закрыл все ставни и подпер двери, а после этого поджег с четырех концов. Когда буйная компания поняла, что горит было уже поздно! Они дико орали, грозили, обещали золотые горы и молили выпустить их, но Акси был глух к мольбам, он стоял и смотрел на пламя пока жуткие крики не затихли.

К несчастью, Пино ушел из борделя на несколько минут раньше и не сгорел вместе со всеми, поэтому город пришлось покинуть еще до утра, но покинул его он не один. Мера, Клешня и все прочие приемыши Нириды пошли с ним, не желая оставлять его одного.

— Ну что скажешь?

Вопрос Странника прозвучал так, словно тот видел все то, что только что промелькнуло в памяти Акциния. Он надавил взглядом.

— Ты же врач, если ты видишь опухоль в теле, разве ты не должен ее удалить?

Этот человек копался у него в душе как в собственном кармане, и Акси это возмущало и злило, но он был слишком рационален, чтобы не признать – незнакомец видит его самые страстные, самые глубинные желания.

Может быть впервые за много лет из него вырвались живые эмоции.

— Я давно уже не врач, и это не опухоль — это метастазы! На смену Пино придет другой, одна банда сменит другую и все! Ничего не изменится!

Странник вдруг довольно улыбнулся, он добился своего, этот всплеск разочарования означал, что человек готов к действию и его надо лишь подтолкнуть.

— Вот мы и подошли к главному! Для этого ты и пойдешь в Царский Город! Для начала расплатишься с Шепелявым за Нириду и возьмешь на себя власть в Восточных доках, а потом и во всем районе Сартаре. В империи грядут перемены, и возможно, нам удастся вылечить больное тело, если начнем действовать со всех сторон одновременно.

Все, о чем говорил незнакомец Акциний принимал душой, но звучало все это словно со страниц философского трактата, а не из реальной жизни. Он возмущенно развел руками.

— Вы за кого меня принимаете? Я не оратор и не полководец, за мной не стоит сотня головорезов, как я смогу взять власть в Сартаре? А Трибунал? Его шпионы идут за мной по пятам! Как вы себе все это представляете?

Улыбка исчезла с лица Странника и глаза вновь наполнились льдом.

— Никак! Это твоя головная боль! Хорошие люди посмотрели на тебя и решили, что ты справишься, я смотрю на тебя сейчас и подтверждаю — да, ты можешь справиться! А как, каким способом, это уж тебе решать!

— Тогда, я не понимаю в чем ваше предложение, пока это больше похоже на приказ!

В душе Акси все еще кипело возмущение этим бесцеремонным вторжением в его жизнь, но на незнакомца это не произвело никакого впечатления.

— Ты не понял, никакого предложения еще не было. Это всего лишь проверка, твой так сказать вступительный взнос, а предложение последует только, когда Сартара будет подчиняться каждому твоему слову.

Акциний надолго замолчал обдумывая все услышанное, и наконец, все же решился на вопрос.

— А если нет? Если я не захочу участвовать в ваших грандиозных и непонятных планах?

На лицо странного человека легла печальная тень.

— Тогда выходит, хорошие люди в тебе ошиблись, и значит, ты не нужен! Ты просто слабый и опасный свидетель, который должен исчезнуть! Скорее всего, вы закопаете кристалл здесь, а потом умрешь ты, умрут эти двое!

Он кивнул в сторону лежащих парней.

— Хотя нет, вон того, что так здорово владеет ножом, я, пожалуй, верну обратно, а то мой друг Го уже порядком поизносился и уж очень сильно привлекает внимание.

Бедняга Мера аж побелел от ужаса — перспектива бродить за колдуном живым трупом вогнала его в полный ступор. Но Акциний упорно не желал признавать за собой чувствительной сентиментальности:

— Откуда такое доверие? Я ведь могу сдать вас Трибуналу.

Странник скептически скривил губы:

— Отнюдь! Никакое это не доверие — это называется правильный расчет. Я посмотрел на твою прошлую жизнь, заглянул в судьбу и перспективы будущего. Ты ни разу в жизни не нарушил данного тобой слова, и клятва для тебя не пустой звук. Твое будущее не однозначно, а значит, все возможно. Я знаю, ты не ценишь свою собственную жизнь, но жизнью вот этих парней точно расплачиваться не станешь. Вы теперь связаны: если ты не справишься, то умрут все, и я обещаю, Акси, эти двое будут долго мучиться на твоих глазах, прежде чем умрут.

Акциний тяжело вздохнул: времена меняются, а правила нет — всегда и во всем правит сила! Он еще подумал и добавил:

— Допустим, я соглашусь. Что мне делать с кристаллом?

Глаза незнакомца залучились иронией:

— Беречь! Беречь как зеницу ока! От него теперь, Акси, напрямую зависит твоя жизнь!

Год 121 от первого явления Огнерожденного Митры первосвятителю Иллирию .

Лагерь Великой армии под стенами Ура