— Мне нужно охладить твою лодыжку.

— Убирайся.

Я попыталась проскользнуть на другую сторону кровати, но он схватил меня за здоровую ногу и дернул к краю, а затем крепко держал в своих руках.

— Если ты позволишь мне охладить лодыжку, я позволю тебе спать в нижнем белье. Только одну ночь. Если ты будешь продолжать бороться со мной, я раздену тебя, свяжу и все равно приложу лед к твоей лодыжке, — он отпустил мои руки и отступил. — Выбор за тобой.

Я села. Он загнал меня в угол. Я устала, мне было больно и у меня не было шансов отбиться от него, если он выполнит свою угрозу.

— Нижнее белье и футболка?

Он провел рукой по своим темным волосам.

— Моя футболка.

— Нижнее белье и твоя футболка?

— Да, — он кивнул головой.

Это была вторая сделка с дьяволом, которую я заключила. Сколько еще до того, как он завладеет моей душой?

— Согласна.

— Снимай штаны.

Он принес лед и горох, когда я скинула джинсы на пол. Я стянула рубашку вниз, чтобы прикрыть трусики.

— Я уже и так все видел.

Он сел на пол у моих ног и снова взял мою лодыжку в руки.

— Это не значит, что у тебя есть право видеть еще больше.

— У меня есть на это полное право, — он прижал горох к моей коже. — Стало легче?

— Холодно.

— Хорошо.

— И у тебя нет на это никаких прав, — я не могла этого допустить.

— Тебе полегчает от того, что ты имеешь на меня полное право? — он посмотрел на меня своим прямым взглядом.

— Я?

— Да

Я засмеялась.

— Если это правда, то раздевайся.

Он сбалансировал горох на моей лодыжке и встал. Его пальцы быстро работали с пуговицами на рубашке. Он расстегнул ее и позволил ткани упасть на пол. Он стянул свою белую майку, давая мне прекрасный вид в первом ряду на его пресс и дорожку темных волос, ведущих ниже, за пояс штанов.

Когда его руки дошли до пуговицы его джинсов, я прокричала:

— Остановись!

Он сделал паузу.

— Это твое, если ты этого хочешь.

Вызов в его голосе осел тяжелой массой между нами и глубоко погрузился в меня, остановившись между моими бедрами. Я поерзала, и пакет гороха с шумом упал на пол.

— Не нужно.

— Если ты так говоришь, — он снова сел на колени и переложил горох.

— Я возьму эластичный бинт, чтобы держать это на месте, и футболку для тебя. Сейчас вернусь.

Я видела, как он исчез в ванной, его широкие плечи изгибались под идеально гладкой кожей.

— О, кстати, — послышался его голос, — ты упустила прекрасный шанс воткнуть в меня вилку, когда я наклонился, чтобы посмотреть на твою лодыжку.

Будь он проклят.

Глава 18

Себастьян

Ее золотые кудри рассыпались вдоль моей руки, каждый сладкий вздох, сорвавшийся с ее губ, вдыхал в меня новую жизнь.

Начало ночи она просидела на краю кровати, не желая поддаваться усталости. В конце концов, ее тело сдалось и погрузилось в глубокий сон. В течение ночи я потихоньку приближался к ней, вторгаясь в ее пространство и наблюдая, как ее грудь поднимается и опадает под одеялом. Это было пыткой — держать руки подальше от нее, но мне это удалось... едва. Мой самоконтроль висел на волоске к тому времени, когда солнце начало заглядывать в окна, придавая комнате теплое легкое свечение, несмотря на понижающуюся температуру снаружи.

Я рискнул провести пальцами по ее гладкому лбу, убрав выбившиеся непослушные пряди с ее лица. Она вздохнула и повернулась ко мне, все еще пребывая во сне. Ее ладонь упиралась в мой бицепс, а лоб прижимался к моему плечу.

Мое тело распалялось — ее прикосновение было похоже на выброс адреналина, пробуждая каждую часть меня, пока я не осознавал каждое ее движение, независимо от того, насколько незначительным оно было. Ее медленный пульс был похож на колыбельную, каждый удар ее сердца был даже слаще предыдущего. Но я не мог уснуть, когда то, что я желал так сильно, было так близко.

Я медленно повернулся в сторону так, чтобы мы лежали лицом друг к другу. Ее глаза метались за бледными веками, затем остановились. Глубоко вздохнув, она скользнула губами по моей груди, и гладким коленом прижалась к бедру. Ее сладкий запах мучил меня, безмолвно призывал прикоснуться к ней, взять то, что я хотел. Но это был верный способ все испортить. Она отдаст мне все, что у нее есть, но только после того, как я заслужу ее доверие. Учитывая тот факт, что я посадил ее в тюрьму, доверие будет трудно заслужить.