— Сказать — не значит чувствовать. Ты чувствуешь это к нему?

— Нет.

Правда слетела с моих губ с легкостью.

— Хочется тебе верить.

Он наклонился ближе, его потемневшие глаза устремились на мои губы, голова чуть склонилась, показывая желание, но я быстро соображала.

— Помнишь, когда ты заехал за мной в тот день, якобы отвезти в аэропорт? — казалось, это было целую вечность назад. — Линк сказал мне, что любит меня.

Он поморщился.

— Это не помогает твоему положению.

— Я ничего не сказала в ответ. Я не смогла, потому что это было бы ложью.

Он отшатнулся, его гнев рассеялся.

— Я видел это, — легкая улыбка играла на его губах. — Он выглядел как щенок, которого пнули, когда ты села в машину.

— Это потому, что я ничего не ответила.

Он снова нахмурился.

— Но тот факт, что он сказал это тебе… Я должен был убить его.

— Тебя обязательно поймают, — мне пришлось сменить тактику.

Он придвинулся ближе, его присутствие вторглось в каждую клеточку моего тела, когда он прислонился лбом к моему.

— Меня никогда не ловили. Столько грязных дел, столько жизней разрушено только потому, что я мог. Линк не будет исключением.

— Я не люблю его, — высказала я правду во всей ее уродливой красе.

— Жаль, что я не могу тебе поверить, — он вздохнул.

— Я говорю правду.

Его теплое дыхание коснулось моих губ, и мой голос дрогнул на последнем слове.

— Если бы только был способ, которым ты могла бы доказать это мне, — его жестокая ухмылка вернулась, и он положил теплую ладонь мне на горло.

— Как? — у меня перехватило дыхание, когда Себастьян нежно сжал мою шею.

— У меня есть несколько идей.

Он коснулся моих губ своими.

Мурашки побежали по моим рукам.

— Я не буду заниматься с тобой сексом.

— Не сейчас, но ты это сделаешь.

Его губы снова коснулись моих, и непрошеный трепет пронзил меня от жара его прикосновений.

— Так давай заключим еще одну сделку. Хотя, предупреждаю, у этой ставки будут выше, чем спасение твоих ботанических книг. Что ты дашь мне за жизнь Линка?

Его большой палец двигался взад и вперед по моей яремной вене. Чувствовал ли он хаотичное биение моего сердца?

— Еще один поцелуй.

В его глазах вспыхнул жар.

— Договорились, но я выбираю, где тебя поцеловать.

— Нет.

Я толкнула его в грудь. Его глаза потемнели.

— Хорошо.

Он подвинул руку вправо и начал нажимать кнопки. Гудок клавиатуры вызвал у меня панику.

— Стой! — я схватила его за рубашку и боролась со своими следующими словами. — Если я дам тебе то, что ты хочешь, ты обещаешь никогда не причинять ему вреда?

Писк прекратился.

— Если ты позволишь мне поцеловать тебя здесь, — он обхватил мою киску одной рукой, — тогда я никогда не причиню вреда этому жалкому Белому Рыцарю, если только ты не попросишь меня.

— Ты обещаешь?

— Да.

Он не убрал свою руку.

— Но все равно есть одна проблема.

— Что? — я сжала руки в кулаки. — Что теперь?

— Мне нужно, чтобы ты сказала мне, что сама хочешь этого.

Он потер ладонью между моих бедер, посылая дикий жар по клитору.

— С каких пор имеет значение, чего я хочу?

Я бросила на него взгляд, который, как я надеялась, свернул его внутренности в узел.

Вместо этого Себастьян улыбнулся.

— Мне нравится, когда ты дерзишь. Может даже больше, чем когда ты милая.

— Я ненавижу тебя!

Я вложила весь яд, которым обладала, в свои слова.

— Посмотрим, скажешь ли ты это, когда я похороню свое лицо в твоей сладкой киске.

Он скользнул указательным пальцем вверх и вниз по шву моих джинсов, посылая волны желания, мурашками пробегающие по моей коже.

— Ты можешь сказать мне, что не хочешь этого, и я остановлюсь.

Он наклонился ниже и прикоснулся губами к моей челюсти.

— Но если ты хочешь, чтобы я попробовал тебя на вкус, пожирал до тех пор, пока ты не потеряешь контроль, мне нужно, чтобы ты попросила об этом сама.

— Ты больной!

Я схватила его за рубашку и закрыла глаза, пытаясь быть где-нибудь еще, но не здесь, прижатая к двери, с дьяволом, шепчущим на ухо темные и порочные желания.

— А ты промокла насквозь.