– Мой отец видел это?

– Хм, ну, вроде как… Но я постаралась его отвлечь, пока пыталась оттащить тебя от Арчи, чтобы отвести к машине. Что ты вообще помнишь?

Миранда глотнула кофе и попыталась сосредоточиться.

– Мы с папой немного поссорились, потом я помню, как Бри представила меня Арчи… - она сморщила лоб. – Как мне удалось так напиться?

– Я видела, как ты держала в каждой руке по пиву. Думаю, это помогло.

Миранда сгримасничала.

– Я хорошо помню, как Бри заигрывала с моим отцом. Это было ужасно…

Тут мне пришлось с ней согласиться. Мне тоже это не понравилось, только причины были несколько иными.

– Понимаешь, - продолжила Миранда, - мой папа может считать, что он готов с кем-то встречаться, но не с Бри же! Мы с ней ровесницы, в конце концов!

Все мое посткоитальное блаженство растворялось с каждым произнесенным ею словом. Я была убеждена - своего отца Миранда еще может простить, а вот меня – никогда.

В конце концов, Миранда побрела в свою комнату, чтобы еще немного поспать, а я сосредоточилась на подготовке к завтрашним занятиям.

Киан позвонил несколько часов спустя, прерывая мое исследование на тему национальной значимости.

– Я скучаю по тебе, - сказал он, как только я ответила на звонок, и мой желудок тут же завязался в узел.

Как ему это удается? Только что я была полностью погружена в работу, и вот в один момент превратилась во влюбленно вздыхающую дурочку. Наверное, я ей и была, если уж смотреть правде в глаза.

– Я тоже скучаю, - ответила я, радуясь, что он не мог видеть глупую улыбку на моем лице.

– Так мы увидимся сегодня?

Меня убило количество радости, пробежавшее по венам. Полное ощущение того, что в меня засадили хорошенькую дозу героина, вызывающего любовную зависимость. Перед моими глазами всплыл маленький пухленький купидон в детском подгузнике, порхающий вокруг моей головы.

– Да, конечно.

В голосе Киана слышалась улыбка.

– Здорово. И чем хочешь заняться?

Мне было интересно, что он делает сейчас, чем он занимался весь день. Мой отец обычно проводил свободное время, сидя на диване, смотря футбол и попивая пиво. Почему-то я не могла представить Киана в этой роли. Но я слишком близко подошла к запретной территории, поэтому заставила себя остановиться и сконцентрироваться на телефонном разговоре.

– Мне все равно.
– Я не врала. Мы могли весь вечер разглядывать яйца на свету, мне было бы все равно. Главное провести время с ним.

– Хочешь, приезжай ко мне? Посмотришь дом, а я приготовлю для тебя ужин.

– А вдруг Миранда зайдет домой? – засомневалась я.

Как бы мы объяснили мое присутствие в ее родительском доме?

– Нет, она не придет, - заверил меня Киан. – Она пока еще упивается самостоятельной жизнью. Давай, я приготовлю свиную вырезку?

Почему-то я не могла себе представить Киана за плитой, но очень хотела бы увидеть это воочию.

– Хорошо, - наконец, согласилась я. – Во сколько?

– Через час?

Я улыбнулась и кивнула.

– Отлично. Увидимся.

Я повесила трубку и немедленно рванула в ванную, стараясь не вспоминать о том, что там происходило прошлой ночью.

«Неужели мы сможем хранить в секрете наши отношения в ближайший месяц?»

Этого я не знала, но пока не была готова выносить их на публику. По вполне эгоистичным причинам. Майк и Тара знали, и, когда мне это было необходимо, я обсуждала с ними все происходящее между мной и Кианом.

В этот раз подобрать одежду было достаточно легко. Главное, на чем я сконцентрировалась - это выбор нижнего белья, а потом натянула джинсы и свою любимую фиолетовую футболку. Мы же собирались просто поужинать.

На автобусе я проехала несколько кварталов до винного магазина - отец всегда говорил мне, что являться в гости с пустыми руками – это моветон, - а путь из магазина до дома Киана я проделала пешком. Он жил на тихой крошечной улице, старые дома которой были украшены зелеными ставнями. Я позвонила и стала ждать.

Киан открыл дверь. Босоногий, в старых выцветших джинсах и серой толстовке. Он выглядел великолепно, но я не могла оторвать от него глаз. Он провел меня по узкому коридору в гостиную, стены которой были окрашены в темно-малиновый цвет и прекрасно контрастировали с серым диваном и креслами. Здесь все выглядело намного лучше, чем у меня дома, который был уставлен вещами, собственноручно сделанными моим отцом или купленными родителями Майкла в недорогих секонд-хендах. Мебель, составляющая ансамбль, - это часть взрослой жизни, а я пока себя таковой не ощущала, хотя, начав встречаться с сорокатрехлетним мужчиной, мне следовало признать, что я сделала хоть какой-то шажок в этом направлении.