Перевернувшись на бок, парень вдруг почувствовал сонное тепло другого тела. Повернув голову, обнаружил, что рядом спит Ирина. Видимо, прилегла отдохнуть и провалилась в сон. За последние сутки она тоже очень измучилась, ухаживая за ним.

С необъяснимым ощущением внутреннего ликования молодой человек несколько минут рассматривал сонное личико «своей молчуньи» (именно так в последнее время все чаще думал о девушке Антон). Умиляло и расслабленное во сне лицо, и ладошка, подсунутая под щеку, и улыбка, блуждающая на губах. Что бы ни снилось девушке, ей это нравилось.

А молодой человек поймал себя на мысли, что ему очень нравится, проснувшись, вот так наблюдать за спящей Ириной. Отчаянно тянуло обнять девушку, прижать к себе, чтобы…

«Нет!»

Опомнившись, Антон осторожно отодвинулся и сообразил, что за время болезни изрядно пропотел. Встав с кровати, с удовольствием потянулся, осознавая, что слабость, так изнурявшая в последние дни, ушла! Прихватив чистые пижамные штаны и полотенце, направился в душ. Горло все еще слегка саднило, но это было не сравнить с ощущениями позавчерашнего дня.

Старательно вымывшись, отправился на кухню, решив не будить Ирину и дать ей выспаться. А еще… Захотелось приготовить завтрак! Вообще, настроение было подходящим для «подвигов». Хотелось хоть таким проявлением заботы и внимания отблагодарить девушку за терпение и уход.

«Получается, из-за меня Ира и к родителям не съездила», – сообразив тесто по маминому рецепту, парень решил напечь оладушек, которые и сам любил с детства.

В холодильнике было варенье, отварить по паре яиц плюс оладьи – чем не отличный завтрак?

Увлеченный процессом переворачивания оладушки, молодой человек не услышал приближения своей очаровательной сиделки. Сообразил, лишь когда она скрипнула стулом, присаживаясь за стол. Оглянувшись, обомлел от умильной картины: на его кухне сидело сонное чудо с взлохмаченными светлыми волосами в домашней розовой пижамке (видимо, перенесла к нему некоторые повседневные вещи). Так бы и любовался до конца жизни!

– Доброе утро! А я пошел на поправку! – с ощущением необычайной естественности присутствия в его квартире Иры подмигнул Антон и уже жестом добавил: «Большое спасибо».

Девушка смущенно кивнула и так же на языке глухонемых ответила: «Не стоит благодарности».

– Голоден зверски, – похлопав себя по обнаженному, заметно впалому – похудевшему за дни болезни животу, сообщил парень, сконцентрировав внимание на перемещении на тарелку очередной партии оладий. – Вот решил удивить тебя завтраком. С детства люблю оладушки, особенно отлично у меня получалось их жарить. Не побоюсь признаться, я лучший в этом деле! Мама раньше всегда делала тесто, а я жарил. Но сейчас способен и полностью осилить процесс…

Со смехом Антон обернулся к внимательно слушавшей его Ирине.

– Присоединишься? – он показал на аппетитную горку маленьких румяных блинчиков.

Ирина с улыбкой кивнула, подтвердив намерения жестом «Очень хочу».

– Тогда иди в душ, приводи себя в порядок, а я пока тут все организую! – распорядился Антон, в душе поражаясь отсутствию даже намека на смущение или неловкость от присутствия на его личной территории соседки.

И дело тут даже не в благодарности за помощь, которая, конечно, тоже имела место быть, нет. В обществе Ирины Антон чувствовал себя необычайно комфортно и естественно. Словно рядом с родным, давно знакомым человеком, с ней он мог расслабиться и просто быть собой. И при этом Ирина очень нравилась парню, с чисто мужской точки зрения. А после этого «болезненного» уикенда она еще и стала вызывать в его душе самые теплые и доверительные чувства: не каждый способен на такие добрые и самоотверженные поступки. Тем более при предыдущих встречах особых поводов думать о себе хорошо Антон не давал. И сейчас отчаянно желал исправить это мнение.

Пока девушка, «прибарахлившись» за неимением альтернативы старой пижамой Антона, плескалась в душе, парень управился с приготовлением завтрака, перестелил на кровати постельное белье, проветрил комнату, отзвонился на работу и… притащил из комнаты на кухню горшок с неизвестным цветком. Последний ему всучила при переезде мама, пообещав неприхотливость и красивые цветы при условии поливки раз в неделю.

А сейчас Антону хотелось… романтики. Вернее, особенной атмосферы, без слов способной продемонстрировать Ирине его намерение сблизиться. В широком смысле этого слова. Отсюда и завтрак, и спешная уборка, и цветок.

К моменту, когда умытая, причесанная и облаченная в его, явно большую для нее, пижаму девушка вновь появилась на кухне (по пути прихватив из спальни их телефоны), у хозяина квартиры все было готово.

– Прошу! – торжественно махнул он рукой, призывая Ирину поспешить.

Она откликнулась жестом «Спасибо». И с улыбкой устроилась напротив голодного мужчины. Мимолетным взглядом окинув голый торс и широкие плечи Антона, с энтузиазмом потерла ладошки и ухватила оладушку. Макнула в смородиновое варенье в вазочке рядом и откусила…