Либо меня решили не выдавать, либо усыпляли внимание. Наверняка Кирка была, как и я, нейтрально-злой, а стало быть, легко могла променять меня на денежки.

— Мне надо починить Матильду, — сказал я.

— Сефлакс всё сделает. Сходите в его мастерскую, а потом возвращайся.

— Прошу за мной, — ровным голосом произнёс слуга.

Что ж, новость о том, что племянник не слишком лоялен к ноксам, Кирка восприняла внешне довольно спокойно. Без истерик и попыток меня прикончить. Если так пойдёт и дальше, мы, возможно, даже подружимся. Главное, чтобы, пока я буду вертеться перед зеркалом, примеряя наряды, не нагрянули вызванные тётушкой низвельгеры. Но тут я мог лишь ждать, надеяться, верить и держать ушки на макушке. Благо, они у меня острые, так что это не проблема.

Сефлакс провёл меня через три комнаты, одна из которых служила огромной библиотекой, и мы оказались в помещении, заваленном деталями, механизмами, латунными приборами и вообще всяким хламом. На нескольких столах возвышались устройства в процессе сборки.

— Госпожа Кирка выращивает на последнем этаже театра цветы, — проговорил бесцветным голосом Сефлакс, — а я увлекаюсь механикой и автоматикой. Что у вас сломалось?

— Химера. Думаю, её не помешает подлатать. Правда, она не совсем автомат. Скорее, нечто среднее…

— Ничего, у меня есть лазарет, — Сефлакс указал на большой металлический цилиндр, опутанный шлангами. — Закончил сборку в позапрошлом месяце. Ещё ни разу не пользовался — как раз появился повод испытать.

Ну, да, зачем тебе самому-то лазарет, ты ж нокс!

— Ишь ты. Какой многогранный. Я ещё хочу кое-что продать. Может, прикупишь барахло? Ничего особенного — просто трофеи, которые незачем таскать с собой.

— Могу попробовать пристроить на рынке.

Класс! Значит, тут я свои дела и обделаю. Молодец мамочка — в отличное место меня отправила.

Тут меня «стукнуло».

— Эй, а что за рынок такой?

Сефлакс чуть приподнял брови.

— Рынок, на котором игроки продают и покупают вещи, разумеется.

— Я думал, это делают в лавках.

— Конечно, и в них тоже, но настоящий выбор можно найти только на Рынке. Правда, там комиссия больше. Это минус.

— И где этот Рынок?

— В Базарном квартале.

Логично.

— Каждый раз надо туда таскаться, чтобы что-то продать или купить?

— Увы. Неудобно, зато реалистично.

— Да уж, и правда, «увы». Фигово это. Ну, ладно, вернёмся к нашим делам. Зацени, что есть.

Я открыл Инвентарь. Сефлакс рассматривал мои трофеи и называл цены.

Камни ушли за сто двадцать монет, фигурка человекобыка за три, имплантат управления юнитами за десятку, генератор в виде яйца — за семьдесят. Его Сефлакс отложил отдельно, видимо, решив оставить себе. Эх, Эренден наверняка расстроится, что такой гаджет достался не ему. Но кто знает, увидимся ли мы ещё? Может, Аннуэль всё-таки передумает и выдаст меня охотникам. Женское непостоянство следует учитывать. Загляните в учебники истории: кто поступал иначе, часто плохо кончал. Иногда не кончал вообще. Так и помирал девственником, серьёзно.

— Чувствую себя мародёром, — проговорил Сефлакс. — Ведь всё это вы забрали у Криммибельды.

— Ей не пригодится. И вообще, она всего лишь босс. Её дело — сдохнуть во имя прокачки игрка.

— Только это и примиряет меня с совестью.

Я подозрительно поглядел на Сефлакса. Прикалывается, что ли? Или реально вжился в персонажа с головой?

— Слушайте, я вот понять не могу: чего вы все так корчите из себя эльфов? Ну, серьёзно! Подростковой ролёвкой отдаёт. Когда одеваются в картонные доспехи и носятся среди трёх сосен с фанерными мечами наголо, воображая себя рыцарями и гномами.

— О чём вы? — притворно удивился нокс.

Физиономия у него превратилось в застывшую маску.

— Ты меня отлично понял, приятель. Все эти разглагольствования про родственные связи, великую роль, уготованную тёмным, и прочая чушь. По Станиславскому, что ли, работаете?

Сефлакс нахмурился и открыл было рот, чтобы ответить, но моя вскинутая рука его остановила.

— Только умоляю: не надо про то, что вы тут давно и на постоянке! И что поэтому воображаете себя настоящими эльфами.

— К сожалению, дело не только в этом, — серьёзно ответил Сефлакс.

— В чём же ещё?

— Об этом не принято говорить. В последнее время.

Я закатил глаза.

— Давай без дешёвых интриг!

— Увы, эта интрига как раз может обойтись очень дорого.

— Да о чём речь! — я вдруг почувствовал, что собеседник не прикалывается и гвоорит совершенно искренне.

— Завет Чёрного Зверя запрещает обсуждать данную тему. Но это и не важно. Вы спросили о другом. Так вот, отвечаю: первый Завет Чёрного Зверя гласит: Каждый игровой обязан отрабатывать свою легенду и оставаться в роли, насколько это возможно. Таково условие игры, — Сефлакс развёл руками, словно извиняясь.