— Ну, познакомиться с тобой мы захотели после того, как ты захотел поведать нам… кое-что.

— Из того, о чем не говорят? — встрепенулся тролль. — Мне тоже до жути интересно! Вы же меня не прогоните, правда? Вы ведь такие лапушки, не обидите милого любознательного Порвунашика?

— Кстати, — сказал Смирнов и щелкнул пальцами. Тролль застыл в нелепой позе, с умильным выражение лица… хотя, нет, все же морды. Застыл, будто его даже не парализовали или заморозили, а выключили для него время. — Дима, не обессудь.

И снова щелкнул. Приподнимающийся Корнет тоже застыл.

— Вот, тааак… — довольно протянул полковник. — А теперь мы можем и поговорить.

— О чем?

— О том, о чем не говорят, разумеется.

— Не буду. Пока мой мозг где-то на островах, да и БМК не заказан, это просто самоубийство.

— В этой локации можно говорить безбоязненно. Системе Грязи и ее искинам сюда доступа нет. Исключено.

— Ха! — Барсук даже рассмеялся. — Буквально несколько минут назад, здесь спокойно, без всякого напряжения находился непись. Архидьявол. А потом, джин, которому сюда доступа нет, внезапно возник из ниоткуда и утащил нашего архидьявола в неизвестном направлении. Так что, если что и исключено, так это мой рассказ. Хотите узнать то, о чем не говорят — выполните пару необременительных для такой мощной конторы как ваша, условий.

— Перевезти мозг?

— Да.

— Координаты есть?

— Да, вот. Вплоть до ячейки.

— Проверим. Что еще?

— Мне нужна уверенность. Хранение в ваших специальных секретных бункерах, не лучший из вариантов, но здесь выбора у меня, похоже нет.

Полковник кивнул. Еще бы. Выпустить из рук такуууую добычу… Да за это, не только звездочку, голову снимут.

— И еще мне нужен БМК.

— Он дорогой.

— Не дороже той премии, что будет мне положена за информацию.

— Еще не известно, сколько она стоит.

— Меня зовут Семен Барсуков. Я специалист Высшей категории. Четыре года назад в Дании — это я. Два года назад в Якутии. Это тоже я. Год назад, помните Вашингтон? Я. И, если бы я не попал сюда, тоже самое произошло бы и в Киото.

Специалисты за номерами Семь и Двенадцать синхронно дернулись, но ничего не сказали. На лице полковника не дрогнул ни один мускул.

— Хм… нам нужно понимать, КАК ты это делаешь. И кто еще работает в этом направлении.

— Заказчиков, увы, не сдам. Просто не помню, информация закодирована. Так же, как и коллег, если только не буду на сто процентов уверен, что это они меня сюда определили. Корпоративная этика. А вот все механизмы, методики и способы… почему нет? Вот, эти два болванчика, насколько я понимаю… ммм… мои будущие студенты?

Полковник улыбнулся. Улыбка была жуткой. Губы растянулись, а глаза все также отсвечивали холодной сталью. Выражение лица не просто хладнокровного убийцы во имя Родины, а маньяка-истязателя на службе Добра с большой буквы.

— Можно сказать и так. Что-то еще?

— Пока все… Разве что… Можно Корнету, хотя бы на пиво вкусовые ощущения включить? Страдает бедняга.

— Исключено.

— Тогда звезду Героя России повесить?

— У него и так две.

— Ну третью, что вам, жалко что-ли?

— Хорошо, сделаем.

— И мне одну.

— Обойдешься.

— Ну, хоть те, что были верните!

— Хватит с тебя и премии. Кроме того… за такие дела, не награждают, а казнят, если по хорошему.

— А мне казалось, вы хотите предложить мне долгосрочный контракт. Ну, когда БМК дозреет.

— А ты его примешь?

— Чем карма не шутит?

Внезапно, в абсолютной тишине погруженного во мрак зала, раздался негромкий, но навязчивый, глухой звук. Будто терли друг о друга несколько крупных камней.

— Вот, черт… — на лице полковника проступила досада. Казалось, это первая его настоящая эмоция с самого начала разговора. Он всмотрелся в темноту. — Что это там болтается?

— А… это… Маг-телепортатор. Тот, который меня сцапал. И теперь огребает за излишний энтузиазм.

— Черт, — повторил полковник. — Не заметил. Придется его с собой брать. Эй, ребята… Снимайте тело. Да аккуратней! Он же вам не террорист с поясом шахида, его не нужно… А, ладно, сойдет.

— Что с ним будет? — Барсуку внезапно стало жаль мага. Тот ведь по большому счету не сделал ничего плохого. Просто выполнил задание, по поимке того, кого считал преступником.

— Расстреляем, — зевнул полковник. И рассмеялся, увидев выражение лица снятого с цепей пленника. — Да шучу… выясним, где твой биоматериал, ты же тоже баночный насколько я вижу. Почистим слегка. Память об этой беседе заблокируем. Вот и все. А пока, у нас в техничке посидишь. Только в нормальной, а не… этой. Ох, и устроили вы здесь… колорит.