— Я не смогу никогда его простить.

— Отпусти. Не держи в себе, Артур. Там соберутся твои друзья… — он ничего не ответил. Мы уснули.

*** ***

Милена

Новый год мы не отмечали. Праздник Артур и мама подготовили только для Левы. Поставили и нарядили елку, купили подарки, пригласили Деда Мороза. Я все еще находилась в больнице. Врачи не отпустили. Артур, как всегда приехал ночевать в палату. Мы открыли шампанское, пить мне, наверное, нельзя, но пригубить же можно. А еще у нас были мои любимые конфеты и маленькая елка с гирляндой, которая освещала палату. На прикроватной тумбе лежал квадратный бархатный футляр с дорогущим браслетом. Я сидела на подоконнике, мой мужчина обнимал меня сбоку, мы смотрели на черное небо, где ярким фейерверком рассыпались праздничные салюты.

Мы пока никому не сказали о беременности. Решили не торопиться. Пусть все уляжется.

Артур все же пошел на похороны отца. Меня рядом с ним не могло быть, но его поддержали друзья. Артуру нужно было проститься, когда-нибудь он это поймет. В газетах и интернете много писали о происшествии, обсуждали личность Бессонова. У Артура многие издания просили интервью, он отказывался. Личность любовницы удавалось пока держать в секрете, но что-то уже стало просачиваться в прессу.

Мать Артура сразу после похорон уехала заграницу, чтобы не участвовать в скандале. Недвижимости в разных странах у семьи депутата хватало.

Выписали меня перед рождеством. Мы решили организовать настоящий праздник и пригласили много гостей. Тигр отказался приезжать, хотя ребята умоляли. Он вообще закрылся в себе, не хотел никого видеть. Все за него очень переживали. Но с сильным упрямым мужчиной сложно договориться, если он упрется. Вот если бы появилась девушка… Эту идею я решила подать друзьям Тигра.

Еду заказали в ресторане. Двор празднично украсили. После белых больничных стен, хотелось ярких красок, запаха мандарин и оливье. Лева радовался декорациям и разноцветным мигающим гирляндам во дворе, выбегал раздетым на улицу, за что бабушки и поставила его в угол.

Я еще была слаба, поэтому не смогла купить подарок Артуру. А он мне утром подарил шикарный букет роз и драгоценное колье, которое я захотела надеть в этот вечер. Скоро начнут собираться гости.

Вошла в комнату, Артур сидел на краю кровати и смотрел в телефон. Я залюбовалась правильными, мужественными чертами лица. Желание змейкой стало расползаться по телу. Я так соскучилась по его жарким страстным объятиям. Как же я его люблю. Как же я его хочу. Я уже забыла то чувство наполненности, которое он дарит, когда бывает внутри меня. Так пошло и развратно, как только он может. Он своими смелыми ласками стирает все барьеры и зажатости. Я чувствую, что мое дыхание учащается, пульс сбивается с привычного ритма.

К нам скоро приедут гости, напоминаю себе. Даю себе время немного остыть. Вхожу и сажусь рядом. Артур, что пролистывает в телефоне, о моих мыслях и желаниях он даже не догадывается, но я знаю, какой подарок преподнесу ему сегодня. И никакие отговорки, что нам нельзя слушать не стану. Артур и так уже поселился в душе.

— Все хорошо? — спрашиваю его.

— Я сегодня ездил в больницу, отвез подарок Ульяне. — я об этом знала. Хотела предложить съездить вместе, но подумав, решила не мешать. Для маленького ребенка большим стрессом является все, что сейчас с ней происходит. А тут еще незнакомые лица. Хорошо, что с ней в палате осталась няня, которую Уля любила и знала. — Она моя сестра, — продолжил Артур. — Я не знаю, что к ней чувствую. В Ульяне течет та же кровь, что и во мне. Она похожа, кажется на Леву… и на меня. — Артур протянул телефон, я стала разглядывать фотографию двухлетней девочки. — Бабушки у Ульяны нет, дед и дядька спиваются в деревни. Если узнают, чья она наследница, конечно, захотят взять к себе, но органы опеки таким родичам ее не отдадут. Ульяну некому взять…

— Почему не кому? — возмутилась я. Сразу все мысли о сексе вылетели из головы, проснулся материнский инстинкт. — А мы?

— Милена… Не знаю… Я думал об этом. Думаю постоянно. Отец столько зла тебе причинил, а ты примешь его дочь?

— Артур, ты о чем говоришь? Она не виновата. Я люблю тебя, а в тебе тоже течет его кровь. Уверена, смогу и Ульяну полюбить.

— Милена, ты в положении. Лева на тебе. Такая нагрузка. Врач сказал отдыхать, а тут маленький ребенок.

— Лева поможет, Ванька, мама. Няню к себе возьмем. Справимся. Даже не думай. Мы не отдалим ее в чужую семью, — твердо произнесла я.

— Я люблю тебя Милаха. Ты даже не представляешь как… — его руки взяли в плен мое лицо, накрыли страстным поцелуем.

Ночь после Рождества

Артур

— Артур, я не купила тебе подарок, — с грустью произнесла Милена, когда я помогал снять ей колье. — Мне не хотелось заказывать через интернет. Сообщение о покупке придет на твой телефон, не получится никакого сюрприза. — я подумывал о том, чтобы сделать Милене карту. Она права, все карты записаны на мое имя. Выглядит это так, будто я не доверяю любимой женщине. — Мне нужно потрогать, пощупать, покрутить в руках вещь, которую я собираюсь тебе подарить. — я понимал, что она говорит не о том, о чем думаю я, но мой напряг в штанах уже давил на мозг.

Блин, ей же нельзя. Тормози парень! Тут приказывай, не приказывай, а в голове уже засело, как она щупает его, трогает…

— Милена, не нужно мне ничего покупать. У меня есть все, о чем я мечтал. — говорил искренне, и хрен с ним, что мой голос так низко звучал. Ее рука опустилась вниз, прошлась по штанине и легла на окаменевший член. Не успел увернуться… или не желал.

— Тебе нельзя… — надрывно произнес. Блин, я кончу только оттого, что она сжимает его в ладошке!

— А если я?.. Ртом? Ты не против? — как я могу быть против! Я столько лет представлял, как она это делает. — Я давно хотела попробовать, — просто убивает меня своими откровениями. Чокнусь сейчас!