— Но после Гатри у тебя все пошло наперекосяк.

Дилан стиснул зубы:

— Вы с Траском испортили такой прекрасный план!

Краем глаза Алекса видела, что Харриет подает ей какие-то сигналы.

Она всеми силами старалась заговорить Дилана, чтобы он перестал обращать внимание на пожилую леди.

— А что с Лиз? — спросила Алекса. — Она жива?

Глаза Дилана сверкнули.

— Умирать для нее пока было рановато. Потому что это подозрительно, когда жена погибает вскоре после своего бывшего мужа.

Алекса впилась ногтями в дневник.

— И сразу же могли возникнуть вопросы насчет ее завещания. Могу поспорить, что все свое состояние она оставила «Институту».

Дилан прищурился:

— Ты знаешь про завещание?

— Мы с Траском вычислили.

— Да, все, чем владеет Лиз, после ее смерти перешло бы «Институту».

— И ты был тем персональным гуру, который в то утро заставил ее уехать?

Дилан еще сильнее сжал рукоятку пистолета.

— Когда она сказала мне, что через час ты приедешь к ней для разговора, я немедленно принял решение. — Он усмехнулся. — Это было несложно, потому что она мне слепо повиновалась. Я сказал, что энергетическая обстановка в Авалоне для нее очень опасна, — что в известной степени было правдой, — и порекомендовал, то есть приказал, как можно скорее уехать и без моего указания не возвращаться.

— А сам после ее отъезда решил дождаться меня?

Пистолет в руке Дилана слегка дрогнул.

— Нет, я последовал за ней. Но потом вспомнил о дневнике и решил его забрать.

— Ты не хотел, чтобы я его обнаружила?

— Да, не хотел. Там могло быть упомянуто мое имя. Я вернулся за ним и увидел твою машину.

— И что дальше?

— Я решил проучить тебя как следует. Моя машина стояла выше по дороге. Я надел халат, в котором занимался с Лиз медитацией, и вошел через переднюю дверь. У меня был ключ. На кухне взял нож. Вначале я действительно хотел только напугать тебя, взять журнал и уехать.

— Верится с трудом.

— Это правда. — Дилан нахмурился. — Но потом мне пришло в голову, что вихри предоставляют мне удобный случай избавиться от тебя.

— Но не получилось, — сказала Алекса. — Правда, это неприятно, когда на тебя сверху летят камни?

— Дрянь! — Дилан направил на Алексу пистолет.

— Извините, молодой человек, — произнесла Гарриет с дрожью в голосе, — но мне кажется, что если я сию минуту не присяду, то потеряю сознание.

— Ладно, садитесь, — снизошел Дилан после недолгих колебаний.

Гарриет грациозно опустилась на коробку позади ряда крылатых львов, так что видны были только ее голова и плечи, и благодарно улыбнулась:

— Спасибо, мальчик. Вы такой добрый.

Дилан бросил взгляд на часы.

— Осталось десять минут. А потом все будет кончено.

Алекса напряженно прислушивалась к уличным звукам, к шуму машин на стоянке. Это разъезжались последние покупатели. А владельцы магазинов, наверное, уже заканчивают подсчитывать дневную выручку. Действительно, очень скоро Торговый центр опустеет

Оставалось только молиться, чтобы Траск подоспел вовремя. И пусть Дилан говорит как можно дольше. Это сейчас самое главное.

— Как ты убил Дина Гатри? — спросила она по возможности небрежно.

— С Гатри было просто. В тот вечер он, как обычно, нагрузился в баре. Ты же знаешь, у него машина огромная. Вот я и спрятался на заднем сиденье. Когда он сел за руль, я ударил его по голове. Он потерял сознание.

— А потом повез его к Авалонскому обрыву?

Дилан весело кивнул:

— Поставил его ногу на педаль газа и выскочил. И Гатри отправился в обрыв.

Алекса поежилась:

— Авалонский обрыв ты выбрал, потому что это связано с Траском?

— Конечно. Я хотел, чтобы Струд начал его подозревать. А кроме того, в этом было что-то символическое.

— Что значит символическое?

Дилан продолжал улыбаться.

— В этот же обрыв двенадцать лет назад я заставил съехать и Харри Траска.

Алекса задержала дыхание.

— Значит, Траск был прав. Его отец был убит.

Дилан пожал плечами:

— Да, тогда пришлось от него избавиться. Он мешал развитию «Института».

— Но почему ты убил бедного Стюарта? Его же в твоем списке не было.

Глаза Дилана злобно сверкнули.

— Стюарта я не убивал. Он был принесен в жертву, как и ты.

— А что, есть разница между убийством и жертвоприношением?

— Огромная. Стюарт был моим преданным соратником. Он так же, как и я, служил делу. Но после того как план пошел насмарку, я понял, что темные вихри нуждаются в подпитке. Кроме того, он не смог избавиться от Джоанны.