Шрифт:
— И?
— И вскоре человек оказывается совершенно одиноким в целом мире.
— Хотите сказать, что, если я не сниму с себя ответственность за то, что случилось, Дездемона уйдет от меня?
Бенедик слабо улыбнулся.
— Она моя дочь. Она покладиста, но не глупа. Она не станет биться головой о стену.
— Понимаю. — Внутри Старка бушевал бездонный холодный хаос.
— Послушай меня, сынок, — продолжал Бенедик. — Мир достаточно жесток. Не пытайся прожить в нем в полном одиночестве.
Один среди хаоса.
Старк заглянул в бесконечную глубину котла.
Спустя два дня Дездемона поставила перед Старком, Кайлом и Джейсоном горячие маисовые лепешки.
— Господа, включите свои моторы. Каждый ответственен за свою порцию.
— Не хочу перца, — объявил Джейсон.
— Тогда отложи перец, — посоветовала Дездемона, — я, пожалуй, съем его сама.
У Кайла вытянулось лицо.
— Ты любишь жгучий перец?
— Люблю.
Дездемона села и потянулась за большой лепешкой. Старк тоже потянулся за ней. Их пальцы слегка соприкоснулись. Сладкий трепет охватил Дездемону. Она быстро взглянула на Старка и сумела улыбнуться, хотя и слишком лучезарно.
Старк не ответил на улыбку, а смотрел ей в глаза не моргая. Дездемона была не в силах отвести взгляд. Она видела тени в его душе. Видение заставило ее похолодеть.
Она поняла, что в этот миг он почувствовал ее растущую неуверенность в целесообразности их женитьбы. Он знал о ее сомнениях. Так же, как все.
Дездемона положила на лепешку перец и острый соус, но, откусив, не почувствовала никакого вкуса.
В этот момент в ней что-то перевернулось. Она не могла отдать Старка его одинокой судьбе. Она его любила. Невзирая на риск, она не остановится на полпути. Она начала свою работу, она и завершит ее.
— Старк попросил меня и Кайла быть шаферами на вашей свадьбе, — произнес Джейсон с набитым ртом.
— Неужели? — спросила Дездемона. — Сразу два шафера. Это будет очень необычно.
— Говорит, что нам придется надеть смокинги, — вмешался Кайл. — И мы должны следить, чтобы он не опоздал к алтарю.
— Большая ответственность. — Дездемона сосредоточилась на своей лепешке.
— А кто отвечает за невесту? — поинтересовался Джейсон.
Дездемона чуть не подавилась. Старк наблюдал за ней.
— Невеста должна прийти сама.
Дездемона проглотила последний кусок лепешки и встретилась с ним глазами.
— За эту невесту можете не беспокоиться, — сказала она твердо. — Она там будет. На Вейнрайтов можно положиться. Никто из нас не пропустит спектакль.
С минуту Старк вглядывался в ее лицо, потом напряжение в его глазах растаяло. Он слегка улыбнулся, впервые после ареста Маккаллума.
— Я получил обещание.
В дверь позвонили. Старк поднялся и пошел из кухни.
— Передай мне сыр, — попросил Дездемону Кайл. Женский голос привлек всеобщее внимание.
— Эй, это же мама. — Джейсон уронил лепешку, отодвинулся на стуле и вскочил на ноги.
— Мама приехала? — Кайл уронил ложку с тертым сыром в чашку.
— Надеюсь, психоаналитик не с ней.
Старк вернулся в кухню до того, как Джейсон и Кайл добежали до двери. Его сопровождала привлекательная темноволосая женщина лет под сорок. Она была модно одета — в брючный костюм цвета ламы и кофточку в оборках.
С ней никого не было.
— Привет, мам, — сказал Джейсон, — думал, что ты в отпуске.
— Решила вернуться пораньше, — пояснила Элисон. — Хотела увидеть вас обоих.
— Это наша мама, — обратился Кайл к Дездемоне. — Ма, это Дездемона Вейнрайт. Она выходит замуж за Сэма через несколько недель.
Элисон улыбнулась Дездемоне.
— Это так?
— Да, — уверенно сказала Дездемона. Старк посмотрел на нее, и в его глазах стало меньше теней. Он повернулся к Элисон.
— Хотите лепешку?
— Почему бы и нет? — ответила Элисон.
Часа через два Дездемона, Старк и Элисон остались в кухне втроем. Джейсон и Кайл наконец попросили разрешения посмотреть телевизор.
Дездемона приготовила кофе. Она двигалась тихо, чувствуя, что Элисон готовилась сообщить Старку что-то важное.
— Похоже, Кайлу и Джейсону здесь неплохо. — Элисон подлила сливок в свой кофе. Старк взял у Дездемоны свою чашку.
— Они неплохие ребята.
— Да. — Элисон мешала кофе. — Им здорово досталось за последние месяцы и в будущем не будет лучше. Их отец никогда не вернется.