Элли привыкла быть не одна. К тому, что, входя на кухню в любой час дня, можно было наткнуться на кого-то за разговором или стратегической игрой.

Все происходило так, как наверняка хотелось Райли. Но у нее был сюрприз для него.

Она все еще собиралась уйти. Элли не собиралась становиться женщиной, которая построила свою жизнь с тем, кто предал ее. И, как бы она не заботилась об этих людях, она не могла забыть, что именно благодаря им она оказалась здесь. У них есть план, и к черту всех, кто мешает.

– Мы знаем, что это не Элли, – со вздохом сказал Дрю. – Проблема в том, что в качестве защиты в суде не примут нашу веру в доброе сердце Элли. Кто-то должен был открыть счет на ее имя.

– И это самое большое разрешение фото с женщиной, сделавшей это, – Кейз потер глаза. Элли была уверена, что он работал не только над ее вопросом. – Я отправил кое-кого на Багамы, заняться этим. Мы даже заплатили банковскому представителю за разговор, что, кстати, не дешево. Она немногое помнит, поскольку дело было несколько лет назад. У женщины были соответствующие документы. И с тех пор она больше не появлялась. Они не делают фото и не хранят видео. Как и многие подобные банки, они зарабатывают себе на жизнь конфиденциальностью.

– И уклонением от налогов, – видимо, Элли ждало еще одно необоснованное обвинение. Она присмотрелась к снимку, пытаясь вычислить, кто же это мог быть. – Администратору Стивена шестьдесят два. А эта женщина выглядит гораздо моложе.

– Я бы даже сказала, моложе среднего возраста, – согласилась Миа. – И вряд ли это кто-то из его подчиненных. Он хитер. Кстати, счет был открыт до смерти отца Элли. Мы можем полагать, что это сделал он? Он и Касталано были партнерами очень давно. Они вместе совершили преступление. Может и второе?

Неприятно думать, что тебя мог подставить отец, но нужно быть рассудительной.

– Вероятность есть. Оба открыто рассматривали компанию как личный ресурс денег. Он не стал бы возражать против идеи подставить меня.

Райли нахмурился и указал на фото.

– Возможно, что это твоя сестра?

Слезы заполнили глаза, но Элли подавила их. Ничто не имеет значения, кроме правды.

– Все возможно. Я вообще-то была шокирована, что отец оставил ей акции. Они все должны были перейти ко мне. Он не доверял ей с деньгами, поэтому организовал ее трастовый фонд. Может он и любил ее больше, но всегда знал, кто она.

– Думаешь, акции были оплатой за притворство тобой? – спросил Брэн с сочувствием в голосе. – Потому, что мне кажется сомнительным, что Шари хватило бы ума рассматривать это как сделку. В конце концов, речь не о дизайнерских туфлях.

– Убавь сарказм, Брэн, – приказал Хатч.

Тот пожал плечами.

– Я встречал ее. Мне же пришлось вести ее и того придурка в аэропорт. Она тупая как дерево. То есть, черт, видимо Элли досталось все: и мозги, и все эти шикарные изгибы. Пусть девчонка съест хотя бы бургер.

– Может, хватит комментировать изгибы моей жены? – проворчал Райли. – Но насчет Шари ты прав. Сомневаюсь, что кто-либо в здравом уме использовал бы ее для прикрытия.

Да, реально смотреть на вещи тоже было важно.

– Мой отец мог совершить что-то подобное, но Шари точно рассказала бы мне. Она не может удерживать яд в себе. А такое меня бы точно ранило. Она сука, но предсказуемая.

Дрю выпрямился.

– Прекрасно. Мы нисколько не продвинулись к выяснению, где исходный код. Я уже взломал «СтратКаст», но не смог найти даже хоть что-то похожее.

– Он уже видоизменился несколько раз за двадцать лет, уверена, ты знаешь это. Некоторые компании оставляют их код неизменным, но лет семь назад мы обновили его до неузнаваемости. Технологии меняются очень быстро. Я могу передать код, который мы используем сейчас.

Дрю отклонил идею.

– Я уже изучил его. Ты права. Теперь едва ли можно сказать, что мой отец приложил к нему руку. Двадцать лет в развитии технологий можно считать за сто.

Весь потенциал идентифицировать исходный код был подорван. Элли практически чувствовала, как всех охватило разочарование.

Райли накрыл ее руку своей. Если она научилась распознавать сильные переживания своих новых родственников, то Райли, кажется, стал экспертом по ней. Он читал ее так легко. Знал, когда держать за руку, а когда отвести в укромное место, чтобы она не оставалась наедине с темными мыслями. В такие моменты он давал ей утешение прикосновением своей кожи к ее.

Она убрала руку.

Каково будет жить без него?

– Я собираюсь съездить в квартиру сестры, – она давно это обдумывала. – У меня, наконец-то, будет встреча с Лили, а потом я отправлюсь к Шари. Я знаю, она забрала какие-то вещи отца. А, так как ее нет в стране, я могу спокойно обыскать ее место. Если бы она хоть на секунду узнала, что мне что-то нужно, то использовала бы это в личных целях.