– Хатч, все в порядке, – примиряюще сказал Дрю. – Все в прошлом. Не знаю, был ли шанс сделать что-то в те времена. Полиция закрыла дело. Очень сомневаюсь, что судья поверил бы в то, что мы рассказали бы о коде. Наш отец был немного наивен. Он не оформил патент. А «СтратКаст» сделала это довольно быстро. Мы были детьми, а у тебя была не лучшая репутация, еще задолго до смерти родителей. Пора отпустить это. Никто тебя не винит.

– То есть теоретически, если я найду исходный код, мы сможем использовать это? Мы сможем доказать, что он принадлежал вашему отцу? – спросила Элли.

У этого сценария было несколько проблем.

– Будет сложно доказать это. Касталано наверняка скажет, что код разработан его партнером. Филлип мертв. Как и наш отец.

– Но у кода особенный язык, – Элли вновь выпрямилась. – Мой отец мало занимался разработкой, но думаю, я смогу найти его. Код – это как обычный язык. Все мы говорим по-своему. Это значит, что даже если код переписывали несколько раз, исходный код будет отличаться.

– И тогда Стивен скажет, что автор кода – твой отец, – возразил Райли, – или что наш папа был их партнером, так что код принадлежит им всем. Проблемы бесконечны. Но раз Касталано хочет заполучить его, мы должны убедиться, что этого не произойдет.

И он не подпустит Элли к Касталано. Он ненавидел сам факт, что этот ублюдок говорил с ней по телефону.

– Но я не знаю, где его взять, – признала Элли. – В офисе отца ничего нет. Он избавился от старых материалов очень давно. Я уже порылась в его ноутбуке и всем, что смогла найти. Я занимаю кабинет уже больше года. Если там что-то и было, оно давно исчезло.

– Был ли кто-то, кому он что-то передал?

Насколько Райли было известно, Филлип Стрэттон пережил обеих жен, и у него не было никого, с кем бы он был близок. А последние шесть месяцев он провел между домом и больницей, где его посещали лишь дочери.

Элли отрицательно покачал головой.

– У него не было друзей. Никого, кому бы он доверял. А все, что было в моем доме, наверняка изъято для расследования. Но я попробую связаться с бывшим ассистентом отца, которая ушла на пенсию, когда заболела.

– Сообщи мне ее имя, и я достану информацию, – предложил Кейз.

– Как именно угрожал Касталано? – спросила Миа.

– Грозился отнять ее жизнь, очевидно же, – Райли мог думать только об этом.

В его голове крутилась сотня сцен, как Стивен мог навредить Элли.

Элли откинула волосы.

– Вообще-то он запугивал меня тобой. По его словам, ты женишься на мне, чтобы получить акции, а со мной должен произойти несчастный случай. Он сказал, что никто из вас никогда не примет дочь Филлипа Стрэттона в семью.

– Ну, мы точно не примем вторую, я тут почитал отчет о ней, – сказал Брэн. – Извини, конечно, но твоя сестра – просто шлюха. А тебе мы очень даже рады. С тобой Райли стал менее невыносимым. А еще стал реже дрочить.

– Брэн! – иногда юмор брата выводил его из себя.

Смех Элли наполнил комнату.

– Думаю, ему придется вернуться к этому занятию, – она повернулась к Кейзу. – Кстати, о моей неприятной сестре, он угрожал ей и всем вам тоже, – она посерьезнела. – Боюсь, он попытался бы навредить вам, независимо от моего решения. Я надеялась, Кейз сможет помочь с Шари. Она ужасный человек, но все еще моя родная сестра.

– Что я могу сделать? – спросил Кейз.

– Если Стивен похитит ее, то сможет диктовать мне условия. Я надеялась воспользоваться новоприобретенными преимуществами семейства Лолесс и нанять тебя, чтобы похитить ее первой, – ответила Элли.

– Что? – Райли, наверное, ослышался.

– Думаю, это можно организовать, – с легкой улыбкой согласился Кейз.

– Ты же не попросила только что похитить сестру? Кто ты, черт возьми, такая? – он не мог остановить себя.

Женщина взглянула на него.

– Эй, мы теперь женаты, так что пусть мой флаг чудаковатости развевается на ветру. Вы же знаете, что говорится о брачной жизни, Советник. После свадьбы всегда начинаются бигуди, домашние спортивки и похищения.

Кейз поднял руку.

– Я возьму на себя сестру. Мы убедимся, что она будет в безопасности в каком-нибудь тихом месте месяц или два.

– Заплатите ей, – предложил Дрю. – Эта женщина готова купаться в деньгах как в воде. Скажите, что, если она будет вести себя тихо, оставаясь в моем доме недалеко от Бали, мы заплатим миллион.

– Она согласится, – предположила Элли. – Только ей быстро все надоедает, и она любит внимание. Я вчера смотрела ее интервью, в котором она меня защищает. Удивительно, да? Хотя нет. Она говорила о том, что я не выживу в тюрьме, потому что недостаточно хорошенькая. Выглядела она достаточно обеспокоенной.