— Значит, тебе это нужно? Ты отчаянно нуждаешься в нем? — «Во мне». Он обхватил основание своего члена и погрузил пухлую головку в ее тугую плоть. — Вот так?

— Да! — Ее спина выгнулась дугой, и она вскинула руки вверх, чтобы ухватиться за лозу. — Больше.

— Насколько больше?

— Все целиком, малыш, — сказала она, и ее голос стал еще гуще и гортаннее, чем когда-либо прежде. — Пожалуйста.

Опять малыш. Ласка. Она была первой, кто использовал ее в отношении Нокса.

Его железное самообладание сломалось.

— Да. Я дам его тебе. Всего. — Нокс яростно толкнулся бедрами и глубоко вошел в свою женщину, наполняя ее, отдавая ей каждый пульсирующий дюйм своего члена.

Вейл закричала. Он взревел от чрезмерного удовольствия, заставляя себя продержаться дольше. Это не закончится, пока она не обмякнет в его объятиях.

Стиснув зубы, он вошел в нее, выскользнул наружу, затем вошел обратно. Ах! Разве что-нибудь когда-нибудь казалось таким правильным? Ее тело создано для него. Она сжимала его крепче кулака. Было так жарко и мокро. Идеально.

Он старался двигаться медленно, старался наслаждаться. Старался заниматься любовью нежно, ласково. Внутри него смешались напряжение, экстаз и агония.

— Сильнее! Быстрее, — скомандовала Вейл, царапая его спину. Напряжение нарастало и внутри нее тоже. Никогда еще она не выглядела такой страдающей.

Нокс ускорил темп. Вскоре он уже вбивался в нее, сотрясая всю кровать. Деревья в горшках, служившие столбиками кроватей, дрожали, листья падали с ветвей.

Во время каждого последующего толчка, он вращал бедрами, вбиваясь в Вейл все глубже и сильнее. Словно поршень, вонзался в нее, не сдерживаясь, его яички шлепали по ее заднице. Он ни разу не сдержал свою силу. Завтра она будет вспоминать его при каждом движении и вдохе.

Он подхватил ее руками под колени, приподнял ее ноги, и вырвал у нее еще один крик. Ее внутренние стенки сжимали его длину, снова и снова, требуя от него большего, требуя всего.

Сопротивление было бесполезно.

Поддавшись блаженству, Нокс откинул голову назад и удовлетворенно заревел.

Очистив их тела, Нокс уютно устроился рядом с Вейл, чтобы обнять, и это ее взволновало.

Вдыхая сладость их смешанных ароматов, она наслаждалась раем, известным как послевкусие.

Вейл никогда еще не испытывала такого умопомрачительного удовольствия. Нокс перевернул весь ее мир. Планета могла взорваться, и ей было бы все равно.

Нокс провел пальцем по ее позвоночнику.

— Кстати. Земные мужчины — идиоты.

Она фыркнула на его замечание.

— Почему же?

— Никто не заявил на тебя права, пока у них была такая возможность. Теперь они умрут, если попытаются это сделать.

— Ну, как ты и сказал, я красивая, умная и хитрая, а это значит, что я слишком квалифицирована для выполнения функций простой подружки.

Он усмехнулся и поцеловал ее в висок.

— Это действительно так.

Несмотря на момент веселья, тревожные мысли распространялись подобно вирусу.

Диагноз: последняя стадия.

— И что же нам теперь делать? — тихо спросила она. — Война продолжается. Только один победитель может быть объявлен. Пока ты не освободишься от рабских меток, твой король будет иметь над тобой абсолютную власть. Он может приказать тебе предать меня, и ты будешь вынужден подчиниться.

Чтобы не причинить ей боль, Нокс может попытаться покончить с собой. Может? Ха! Он обязательно это сделает. Он уже предупреждал ее. Надо признать, этот мужчина был просто помешан на ней. Так же стойко, как всегда сражался на поле боя, теперь он сражался за Вейл.

Может ли она сделать для него что-то большее?

Впервые в жизни у нее был мужчина, который любил ее безоговорочно, ставил ее на первое место и восхищался ею. Нокс учился на своих ошибках и никогда больше ее не покинет. Он будет принадлежать ей, отныне и навсегда. Окончательное решение.

— Мы будем любить друг друга, — сказал он. — Мы будем честны и открыты друг с другом. Будем помогать друг другу. Доверять друг другу. Сражаться бок о бок. Сражаться друг за друга и за Землю. Ни один другой мир не будет править этим миром, мы позаботимся об этом. Но нам следует подготовиться к вторжению, на всякий случай. А после того, как мы сопроводим твою сестру и ее стражей в храм, то вернемся сюда, очистим мою кровь и привяжем меня к мечу Гуннара.

Этот риск нервировал ее. А что, если меч не сработает? Они никогда его не испытывали. А что, если Нокс умрет?

— Может быть, нам стоит подождать? День или два ничего не изменят, верно? — Она только что вернула его и не была готова потерять снова. И вообще когда-либо. — Мы можем исследовать меч. Может быть, Селеста знает больше, а я просто не могу найти нужные воспоминания.

Но в глубине души Вейл знала, что больше никаких воспоминаний о мече не осталось.

— Я не хочу больше ждать. Ансель скоро свяжется со мной. После того, как он угрожал тебе… — Он покачал головой. — Нет.