Я опустил стекло и, стараясь придать лицу обычное выражение, поздоровался.

— Здравствуйте. Старший лейтенант Максимов. Инспектор дорожно-патрульной службы отдельного батальона ДПС управления Министерства Внутренних дел по Липецкой области. Будьте добры, ваши права и страховку.

— Товарищ старший лейтенант, а я могу узнать причину остановки моего транспортного средства? — уточнил я, протягивая сотруднику документы.

Лейтенант Максимов немного скис, но, проверив мои документы, вежливо попросил:

— Не могли бы вы выйти из машины и открыть багажник?

— Да, одну секунду, — произнес я, принимая документы обратно.

Неожиданно в голове раздался голос Халфассы:

— У нас сзади чей-то труп. Открывай багажник, а я отведу глаза этому увальню.

Я сглотнул слюну, стараясь избавиться от кома в горле, вышел из машины и под взглядами полицейских потянул дверь. Мля, в багажнике действительно был труп, и самое поганое, что это был труп священника. Сотрудник заглянул в багажник, и я приготовился, что сейчас мне будут заламывать руки.

— Что там, Максимов? — раздался голос второго сотрудника.

— Все чисто, — махнул рукой лейтенант.

— Могу закрывать? — спросил я у сотрудника ДПС, наблюдая, как его взгляд становится все более осмысленным.

Похоже, Демонесса теряет контроль.

— Да, закрывайте, — кивнул мне парень.

— Я поспешно захлопнул дверцу багажника и вернулся к водительской двери.

Явная подстава, вот только, зачем мне подкинули тело священника? А главное, кто? Надо будет обсудить этот вопрос с Халфассой. Старлей подошел ко мне и официальным тоном сообщил:

— Сергей Сергеевич, счастливого пути. Извините, вышла ошибка, мы проводим плановую проверку на предмет транспортировки запрещенных веществ.

— А что за ориентировка? — решил уточнить я.

Старлей лишь махнул рукой.

— Думаю, что произошло недоразумение, счастливого пути.

Я лишь пожал плечами, соглашаясь со старлеем, и вернулся в машину. Пристегнулся ремнем и аккуратно тронулся с места. Демонесса сидела рядом, и с ее лица струйками стекал пот. А из носа текла струйка крови.

— Все нормально, — махнула рукой девушка, — скоро пройдет, просто слишком мало сил в наличии, вот и надорвалась.

— У нас в багажнике труп священника, — сказал я девушке.

— Уж извини, сразу не почувствовала, — сказала демонесса, разводя руками, — Похоже, его убили ритуальным кинжалом или чем-то подобным, я еле смогла уловить эманации смерти, — сказала девушка, лицо которой немного порозовело.

— Мне без разницы, чем его убили. Что нам делать с телом? — спросил я девушку.

— Отдадим его церковникам и дело с концом. Как говорится, нет тела — нет дела, — сказала девушка, вытирая выступивший пот.

— Да, ты уверена, что нам поверят? — спросил я девушку.

— Попроси их пригласить инквизитора, чтобы проверить твои слова, — сказала девушка.

— У нас православная церковь, в ней нет инквизиторов.

— Ага, как же, нет, — перебила меня демонесса.

Дорога сделала резкий поворот и мы, наконец, увидели здание епархии.

— А ничего они так устроились, — сказала демонесса, — Тут у них и парк и резиденция, достойная всяческих похвал.

Металлическая ограда с рунами.

Эх, была бы я посильнее, навела бы тут шороху, а так, остается только облизываться, — сказала Халфасса и расстроенно махнула рукой, — Иди к воротам, а там разберешься, — проинструктировала меня демонесса.

Я припарковал машину в ближайшем парковочном кармане. Неподалеку от здания располагался Петровкий парк, в котором сейчас было достаточно многолюдно. Посмотрев по сторонам, я убедился, что за мной нет слежки, и подошел к воротам епархии. Неожиданно, калитка в массивных металлических воротах заскрипела и открылась. Я прошел на территорию, а сзади хлопнула закрывающаяся дверь. Из здания вышли несколько человек в черных рясах.

— Кто такой, чего надо? — спросил один из них.

Я продемонстрировал медальон, который болтался у меня на шее. Один из монахов или охранников приблизился и произнес:

— Жетон не твой, но, раз ты пришел, значит, хочешь о чем-то поговорить.

— Подождешь в приемной, и не вздумай магичить, иначе подохнешь прямо там, — сказал второй монах, и я в сопровождении двух охранников направился к главному входу.

Но, к моему удивлению, мы обошли здание справа, и через пару минут оказались у задней двери. Монах постучал в дверь и та открылась. Надо отдать должное, по периметру была установлена куча камер, а со стороны примыкающего парка по ограде была растянута егоза. «Интересно, чего так опасаются церковники, если у них тут такая охрана?», — подумал я, а потом сообразил. Да, похоже, они опасаются разнообразной нечисти, вон как болезненно у меня покалывает тело.