— Да, определенно, сходство на лицо.

— Смотри, тут даже подписи есть, кто изображен на фото, — сказала демонесса, когда я пролистал статью немного ниже.

— Хорунжий четвертого Донского белого конного корпуса Петр Гаврилович Свинцов, — прочитал я и удивленно уставился на девушку.

— Вот и я думаю, что этих ребят туда заманил Свинцов старший, только вот, знает ли он, какую пакость выпустил на свободу? Ведь эта дрянь не угомонится, она поднабрала силы после убийства и теперь пойдет искать потомков сотворивших с ней подобное.

— Ты все время называешь ее тварь, — сказал я, закрывая вкладку в браузере.

— Вообще, еще издревле эту дрянь называют Палачом, Висельником, Рубакой, Мясником, у этой погани куча названий и все они отражают ее происхождение. Вот представь, что на поле брани стаскивают в кучу убитых, не отделяя одних от других, а потом бросают зловонную кучу трупов гнить без надлежащего упокоения и тризны. Души, не нашедшие путь в иной мир, остаются и сплавляются в единое целое, и у них одна цель — найти и уничтожить всех потомков тех, кто обрек их на мучение. Помнишь «черную смерть» в Европе? — спросила меня девушка.

Я кивнул.

— Так вот, это малая часть того, что может произойти. Тварь будет расширять зону своей охоты. Начнет с малого: потихоньку уничтожит прямых родственников тех, кто виновен в смерти собранных внутри Палача душ.

Затем возьмется за боковую ветвь.

— Но ведь это десятки и сотни людей, — сказал я, едва не выпрыгивая из-за стола.

— Правильно мыслишь, — сказала демонесса. — В общем, у нас два выхода: или ждать, пока тварь соберет жатву и успокоится, или же встать на ее пути, — невесело усмехнулась девушка.

— Как думаешь, стоит предупредить Свинцова об опасности? — спросил я девушку.

— Сразу тварь за него не возьмется, — сказала девушка.

— Как ни крути, он сильный чернокнижник с кучей оберегов и защитных чар, сначала тварь будет искать способ разрушить его защиту, а лишь потом возьмется за его плоть.

— Но ведь ты сказала, что тварь вызревает долго, — начал было я.

— Толчком для ее пробуждения стала смерть той девочки. Эти ублюдки ее убили и, сами того не зная, совершили страшный ритуал, принесли в жертву девственницу и осквернили кладбище. Стерли все сдерживающие печати на ограде. Ты видел фото, там сплошь висят молоденькие девочки и женщины.

Представь, сколько их насиловали и глумились. Там вся округа пропитана муками и болью, а эти ушлепки мучали там эту девочку и всколыхнули в сгустке энергии под деревом самые недобрые воспоминания. Да и Палач материализовался не сразу лишь из-за того, что его сдерживали охранные чары. Церковники когда-то хорошо постарались и позаботились, чтобы тварь не вырвалась.

— Но ведь таких захоронений сотни и тысячи, — сказал я, хватаясь за голову.

— Все верно, и чем больше убито невинных душ, да и душ вообще, тем сильнее тварь.

— И что, мы теперь с голой задницей пойдем ловить эту тварь? — спросил я девушку.

— Ну, кто как, а мне кажется, что лучше дождаться, пока тварь уничтожит семейку Свинцовых, — задумчиво произнесла девушка.

Я стал расхаживать по комнате.

— Да что ты так себя терзаешь? Он же убийца, чернокнижник, — сказала демонесса, заметив мои терзанья.

— Нет, я так не могу, — сказал я усаживаясь на стул.

— Он же ублюдок, мусор. Подумай над тем, что эта тварь еще может совершить. Пусть палач его настигнет, — сказала Халфасса.

— За эти грехи, он конечно должен ответить, но за грехи своих предков не должен отвечать ни один человек, — сказал я.

Раздались аплодисменты демонессы.

— Давай, беги, спасай своего чернокнижника. Ты забыл, что на данный момент единственный нефилим в мире сидит в этой комнате? — девушка указала пальцем на меня. — Для начала, наплоди наследников, а потом бросайся в самоубийственную атаку на тварь, подобная которой выкосила половину Европы.

— А как с ней справились в Европе? — спросил я.

— Тварь лишили подпитки. Целые команды свозили трупы и проводили обряды по их упокоению, церковникам тоже досталось, видимо, тварь пришла с востока. Ну, помнишь, крестовые походы и прочие ужасы? Толпы людей остались на чужбине без упокоения, а виновата в этом была именно церковь.

— Подожди, но если бы такие твари появлялись везде, где были тучи трупов, весь мир давно бы опустел, — сказал я.

— Ага, как же, опустел, — хмыкнула демонесса. — Ты меня совсем не слушаешь, — укоризненно произнесла она. — Я же сказала, тварь пришла с востока.