— Пусть думают, что мы дома, — сказал я, обращаясь к демонессе.

— Даже не представляю, сколько этот ушлепок убил народа, чтобы открыть книгу. Ведь чтобы ее использовать, каждый раз нужна жертва, и желательно человеческая, — сказала девушка.

— Как поступим с подвалом? — спросил я у девушки.

— Пошел он в задницу, если сюда придут церковники — нам не жить, они найдут способ и меня спеленать! — рявкнула девушка, накидывая сумку на плечи.

С улицы послышался звук мотора.

— Выходим через заднюю дверь и уходим огородами, — сказал я, наблюдая, как за первой машиной к дому подъезжает еще пять.

— Быстрее! Окружить дом! — раздался визгливый голос Оскара Осиповича.

— Вот же сука, теперь понятно, почему при любом шухере принято громить еврейские кварталы. Именно из-за таких, как этот адвокат.

— Всё, уходим, — сказала девушка.

В дверь забарабанили.

— Открывай дверь, мы знаем, что вы там! — донесся до меня чей-то голос.

Мы выскочили из дома и побежали в направлении соседнего участка.

— Надо обойти их и добраться до какого-то надежного убежища, — тяжело дыша, сказала девушка.

— Я таких не знаю, нас сейчас любой сдаст.

— Сгодится любая дыра, но желательно подземелье, там нас сложнее будет обнаружить, — сказала девушка.

— Похоже, этот клоун вызвал подкрепление из столицы, такой толпы я еще не видел, — сказал я, перепрыгивая через забор и оказываясь на соседней улице.
–

Нужно выйти к автобусной остановке, там нас искать не станут, — сказал я девушке.

— Хорошо, если ты прав, — сказала девушка.

— Похоже, этот гад сказал, что мы уперли книгу и вызвали эту тварь, — сказал я, переводя дыхание.

— Думаю, это был его хорошо продуманный план, а мы были досадной помехой, — пожала плечами девушка.

— Вон, смотри, автобус, — сказал я и сделал знак водителю остановиться.

Водитель остановился и открыл дверь.

— Спасибо, — сказала демонесса и сунула водителю тысячную купюру. — Сдачи не надо, — сказала девушка, и мы прошли в глубину салона.

Автобус шел по параллельной улице, изредка подбирая пассажиров. Мы с девушкой накинули капюшоны и старались прикрыть лицо сумками. В салоне была камера, а значит, рано или поздно, маршрут нашего бегства будет установлен и по следу пойдут церковные ищейки. Мы как раз проезжали мимо автостанции, расположенной недалеко от железнодорожного вокзала, когда я толкнул демонессу.

— Выходим на этой остановке.

Демонесса кивнула и вышла из автобуса, не задавая лишних вопросов.

— Если ты планируешь уехать на автобусе или поезде, то сразу скажу, что это провальный план. У нас в подвале несколько отрезанных голов, и церковники могут привлечь полицию, и тогда нас объявят в розыск.

— Ты права, но давай оставим обсуждение на потом, я нашел нам убежище на несколько дней, — сказал я девушке, указывая на заросли кустов на обочине дороги.

Демонесса потрогала мой лоб и констатировала:

— Вроде бы температуры нет, а ты бредишь. Здесь не спрятаться. На дворе зима, — сказала она, обводя руками обочину дороги и густой кустарник.

— Пойдем, покажу тебе кое-что, — сказал я девушке и потащил ее с обочины в кусты прямо сквозь снег.

— Еще повезло, что они с дверью возились долго, а иначе мы бы так быстро не пролезли через снег на огороде, — сказала демонесса.

— Да, и хвала плотной застройке и куче заборов, мы лучше знаем местность, — сказал я и указал девушке на небольшое бетонное сооружение.

— И здесь ты предлагаешь провести несколько дней? — спросила Халфасса, посмотрев на меня как на безумца.

— Иди за мной и смотри под ноги, — сказал я демонессе, которая нерешительно топталась у входа.

— Оттуда тянет какой-то дрянью, — сказала девушка, указывая на недра прохода.

Плюнув на сомнения девушки, я взял ее за руку и потащил вниз по лестнице.

— Это заброшенное бомбоубежище, — сказал я ей. — Здесь нечего бояться. Сама говорила, что нам нужно укрыться под землей.

Демонесса принюхалась.

— Смердит как на помойке, — заключила она, но, все же, начала спускаться вниз.

Миновав двадцать ступеней и повернув на площадке, мы оказались у входа, где раньше находилась гермодверь.

— Это, какие должны быть бомбы, что от них приходится так глубоко прятаться? — сказала демонесса, качая головой.