– Да.

– Почему там?

– Потому что они размножались, распространяли свои низшие гены.

– Откуда ты знаешь, что они низшие?

– Потому что они не были мной. Я - единственный идеальный человек. Я - альфа-самец.

– И эти люди бросали тебе вызов?

– Нет. Они не могли бросить мне вызов. Они распространяли свои гены. Я хотел распространять свои. Они мешали, поэтому я их удалил.

– Сколько тебе было лет в то время?

– Мне только что исполнился двадцать один год.

– Как ты их убил?

– Я был в клинике репродуктивной медицины...

– Чтобы сдать сперму?

– Да. Чтобы сдать сперму. Там было ещё пять парней. Помещение было очень чистым и официальным. Вот что меня поразило. Это было похоже на мебельный салон. Диваны и стулья были новые. В углу был высокий папоротник, два телевизора с высоким разрешением на стенах по обеим сторонам комнаты, один для спортивных игр, а другой - для мыльных опер, кофеварка, которая готовила эспрессо, и, конечно же, обычные кофейные столики. Рядом с журналами для беременных и садоводов были брошюры об экстракорпоральном оплодотворении и замораживании сперматозоидов и яйцеклеток для последующего использования. Для нас, парней, было несколько спортивных журналов и "Wall Street Journal". Ковёр был плюшевый и с толстым ворсом. Это место, должно быть, приносило миллионы. Я огляделся на парней, ожидающих сдачи спермы. Они поместили нас в другой зал ожидания, нежели тот, который предназначен для женщин и пар, которые приходили туда за услугами по оплодотворению. В противном случае это было бы неловко, не так ли?

– Я представляю.

– И я слышал их мысли.

– Чьи мысли?

– Остальных парней, которые собирались пожертвовать сперму. Я мог слышать всё, что происходило в их глупых, неопрятных, беспорядочных умах. Двое из них были аспирантами и сдавали сперму, чтобы немного заработать на пиво. Один из них был юристом, которому просто нравилась идея о том, что вокруг будут бегать десятки его маленьких копий. Это способствовало росту его эго, и да, я понимаю иронию. Ещё один был парнем, который сдавал сперму лесбийской паре, которая хотела иметь ребёнка, а другой был постоянным донором, который приходил три раза в неделю. Он был недавним выпускником средней школы и студентом первого курса психологии, который убеждал себя, что делает это в качестве исследования для какой-то будущей диссертации, но на самом деле ему просто надоело есть лапшу рамэн и замороженную пиццу, и он видел в этом способ борьбы с обычной студенческой бедностью.

Как и следовало ожидать, все они были выше шести футов и относительно привлекательны. Все, кроме одного, были белыми. Другой был азиатом. Все они были близки к идеализированному стандарту красоты - высокие, худощавые и относительно пропорциональные. Но у всех были недостатки. У одного был слишком большой нос для его лица. У азиата один глаз открывался шире другого. У блондина, юриста, уши были слишком большими для его головы. У другого были необычно маленькие для мужчин руки, женские руки. Сами по себе эти недостатки не делали их неполноценными. Это были их тщеславные, мелочные, эгоистичные и незрелые мысли. Ни у кого из них не было амбиций, выходящих за рамки покупки смартфона, HD-телевизора или спортивного автомобиля, лучшего способа обмануть на следующем промежуточном экзамене или того, какая работа или клиент принесут им больше всего денег. Ты думаешь, что кто-нибудь из них внёс бы какой-либо существенный вклад в развитие человечества? Как ты думаешь, лекарство от рака находилось в одной из их голов? Конец мирового голода? Решение для мира во всём мире? Как ты думаешь, кого-нибудь из них это вообще заботило? Все они были жалкими.

Я наблюдал за всеми пятерыми, изучая их манеры, слушая их разговоры, оценивая их. Очевидно, я не мог убить их прямо там, но я уже решил, что они должны быть устранены. Я не мог позволить их нелепым генетическим линиям выжить и процветать. Сначала мне пришлось бы убить их, а затем вернуться и уничтожить все их «пожертвования».

Я вовлёк их всех в разговор. Возможно, ты этого не знаешь, но до лечения отца я был мучительно застенчив. После доработок я стал мастером беседы. С этими ребятами было легко, и наш общий опыт упростил поиск точек соприкосновения. Я уловил ту мысль, которая приходила им в голову: Я надеюсь, что у них там есть хорошее порно. Это всё, что мне было нужно; они подхватили эту тему.

– Чёрт, да!
– сказали двое аспирантов.

– Я слышал, что там всё довольно ванильное, - сказал адвокат.

– Действительно? Дерьмо. Я надеялся на что-то более хардкорное, - сказал первокурсник.

– Эй, ты когда-нибудь смотрел эти видео с букаккэ?
– прошептал азиатский парень, оглядываясь, словно боясь, что мама его подслушает.

– Чёрт, да! Типа "German Goo Girls"? Это дерьмо такое безумие! Это сделало бы мой день!

– А я беру с собой, - сказал постоянный донор, показывая DVD с заголовком «2013 выстрелов спермой».

– А там действительно 2013 выстрелов спермой?
– спросил я.

Он пожал плечами.

– С какого хрена я могу знать? Я никогда не досматриваю после первых двадцати или тридцати.

Все засмеялись.

– Как тебя зовут, приятель? Меня зовут Адам.

– Я - Кент.

– Брэд. Приятно познакомиться, Адам.

– Меня зовут Роджер.

– Чарльз. Рад познакомиться, Адам.

– Меня зовут Генри, - сказал адвокат, протягивая всем руку.

Я вынужденно улыбнулся самой тёплой улыбкой, которую только мог изобразить.

– Так что же привело вас всех сюда?
– спросил я, а затем слушал, как они все лгут.

Все, кроме парня, который сдавал сперму для лесбийской пары. Он был единственным, кто сказал правду.

Потом я пригласил их всех выпить, чтобы отпраздновать наше непорочное зачатие. Все засмеялись, и довольно скоро мы договорились встретиться в баре за углом.

Одного за другим нас вызывали и провожали в разные комнаты для физического осмотра, анализа крови, образца спермы (чтобы убедиться, что мы имели пловцов), а затем в маленькую комнату с телевизором, где была стопка порно DVD-дисков, а также влажные салфетки. Порно было ванильным, как адвокат и сказал, и мне потребовалось некоторое время, чтобы поднять настроение, глядя на женщин с фальшивыми сиськами, издающих поддельные стоны и испытывающих несуществующие оргазмы. Наконец я наполнил свою банку с образцами и ушёл. Ты хочешь знать, как в итоге я это сделал?