Шрифт:
— Хорошо дружить с послом, — пошутил Танго усевшись на траву и жуя травинку.
Какой-то безобидный жук полз по его ноге, солнце светило совсем по особенному спокойно, ветерок обдувавший нас легкими ласковыми касаниями — это все было так непривычно для этого мира.
Вот так просто сидеть на траве, не озираясь каждую секунду… это было непривычно.
Да, адзири для меня по-прежнему представляли опасность, но здесь на острове было немало мест куда они не могли забраться. Как, например, это небольшое плато, которое окружали неприступные скалы. Дроман сюда могли попасть прыгнув и спланировав с соседних, более высоких, вершин, а адзири — нет.
Наша пещера встретила нас приветливо, солнечными лучами играющими на каждой из стен — будто соскучилась. Танго занялся мясом, а я выбравшись на террасу уселся там, нежась подмягким теплом вечернего светила. Японец любил готовить и я даже не пытался лишить его этого удовольствия. Кроме козы, которую мы только что добыли, у нас была с собой диковинная рыбина, видимо выпрошенная Танго у рыбаков и он с удовольствием с ней возился.
— Мы будем есть суши? — поинтересовался я.
— Ага. Рассказывай, — его терпение подходило к концу. — Я буду готовить, а ты рассказывай.
И я рассказал ему обо всём, что произошло вчера и сегодня.
Когда закончил, то заметил что он смотрит на меня каким-то очень странным взглядом и… молчит. Потом он медленно положил кусок рыбы который держал в руках и встал.
— Знаешь что… Тебе кто-то говорил что ты великолепен? Нет, так вот я буду первый кто это тебе скажет. Равен, ты великолепен.
И он пустился в пляс. Японец танцующий в стиле коренных обитателей Папуа Новой Гвинеи — зрелище не для слабонервных. Время от времени в процессе танца он подходил ко мне, обнимался. И продолжал свой диковинный танец дальше.
А позже, когда всё было готово, мы сидели с ним и при свете искр затухающего костра мечтали. Мечтали о том, как этот негостеприимный к людям мир скоро изменится.
Глава 14
Утром я собирался к Отоа.
Наконец-то я мог с чувством выполненного долга спокойно и не прячась посетить шамана.
Танго сидел у меня и наблюдал за сборами.
— Скажи…, — давно хотелось задать ему этот давно мучивший меня вопрос, — Ты когда жил там… в нашем с тобой мире, ты замечал в нем какие-то странности? Возникали ли у тебя подозрения что что-то с ним не так?
Танго задумался, потом кивнул:
— Да, и не раз. Частенько. Странные совпадения, которые не очень удачно объясняются теорией вероятности, события и люди приходящие в твою жизнь тогда когда надо и когда ты их совсем не ждешь. Много чего было. Странные сны. И дежа-вю.
— Вот и я так же, — сказал я застегивая собранный рюкзак, — никогда не верил в случайности и совпадения. Живут вот люди, бегут на работу, рожают детей, влюбляются… а на самом деле просто спят и видят сны, сочиненные милой девушкой по имени Аиша.
— Ага, а потом однажды просыпаются в аду, — Танго ухмыльнулся.
— Или никогда не просыпаются и так и умирают не узнав что проспали всю жизнь — сказал я уже на пороге.
* * *
У меня появился личный коптер — его выкрасили в черный свет с красивыми синим полосками на боковых гранях и белой надписью DEO, что видимо означало сокращение от «the division of external operations» — «отдел внешних операций».
И да — кроме эксклюзивной раскраски его снабдили синей неоновой подсветкой.
Это было приятным сюрпризом. Неожиданным и очень приятным.
Он появился сам когда я, стоя на взлетной площадке, вызвал на коммутаторе летательный аппарат. Весь остальной транспорт в Анклаве был серого или белого цвета.
Попутно подумалось, что коптеры которые следят за сборщиками надо перекрасить в зелено-коричневые цвета для меньшей заметности на поверхности. Решил не откладывать и сразу же написал рекомендацию одному из дежурных офицеров сделать это в ближайшее время.
* * *
Отоа не было.
Помня гостеприимство хозяина решил искупаться, чтобы скоротать время ожидания.
Купался я не долго.
— Я думал тебя уже нет в живых на этом свете, — скрипучий голос старика нарушил идиллию.
Я выбрался на берег и оделся.
В руках у него была клетка с птенцом какой-то неведомой хищной птицы.
— Хочу попробовать приручить, — пояснил он видя мой вопросительный взгляд, — картофеля привез?
Отоа чем-то напоминал мне моего деда. И внешне и по манере общения. Дед был еще той занозой. Я хорошо помнил как с ним было сложно. Одни перепады настроения по десять раз в час чего только стоили.