Следующее пробуждение было еще более неприятным. Голова болела страшно, с левой стороны, вокруг уха все было липкое, в подсохшей корке. Болели ребра, руки никак не получилось вытащить из под ремней и покрывала. Я немного огляделась. Это была спасательная капсула на два кресла. Довольно маленькая. Внутри слабо мерцал аварийный свет. Нужно успокоиться и выбираться. Вспомним все занятия по безопасности. Наибольшее число потерпевших крушения погибли из-за паники. Несколько раз глубоко вздохнув, чтоб отогнать истерику и прояснить голову, я начала выпутываться из ремней.

На это потребовалась чертова уйма времени. Выбраться было очень не просто. Ремни не хотели расстегиваться, одеяло мешало невероятно. Выкручиваясь, дергаясь и тянув одеяло зубами, я смогла сдвинуть его немного в сторону, освободив кисть. Покрутившись еще, все же дотянулась до застежки и наконец, освободила себя. Теперь можно было оценить все пространство капсулы. Особого удивления увиденное не вызвало. Панель испорчена. Вместо привычного голубоватого «желе»-черная непрозрачная масса, никакого сигнального мигающего маячка я не нашла. Ну да. Кто бы сомневался. Счастливым моментом стала обнаруженная аптечка, хотя половины состава я не могла определить, но всякие бинтовочные и обеззараживающие мазючки определялись просто. Уже хорошо. Порывшись в небольших отсеках, удалось найти пару рабочих комбинезонов серого цвета и пару ботинок. Это было тоже кстати. В спортивном белье и одеяле сильно далеко не разгонишься. Быстренько стала натягивать на себя одежду, понимая, что еще немного и одервенею. И от страха и от холода. Ну да, тут был небольшой нюанс. Комбез был сильно длиннее чем мне надо. Подвернув калоши, старательно начала впихивать свои нижние не 90, пытаясь застегнуть одежду. В итоге получилось. Комфортно не было, да и на талии собралась гармошка из лишней ткани, но стало значительно уютней. В ботинки натолкала аналог ваты и плотно затянула резинку. Шлепало, конечно, невероятно, но не босиком все же. Теперь можно подумать.

Что мы имеем:

1. На удивление, меня не похитили. Просто выбросили. Чтоб не мешалась. И кому я успела так насолить? Что там мне говорили? Не того валора выбрала? Весь текст обоснования моей депортации вспомнить не удалось. Ладно, это второстепенное, когда спасут, тогда и подумаем над этим

2. По словам Сумудина, в секторе 2 планеты, пригодных для жизни. На них, предположительно, могут находиться толонские базы. Падение капсулы на поверхность могло быть замечено. Особенно во время преодоления атмосферы. Если толонцы не очень далеко, точно явятся посмотреть, что случилось.

Выводы по второму пункту не радовали. Нужно было срочно делать ноги с этого места. Вариант остаться в безопасной капсуле до появления спасательной мисси пришлось откинуть. Печально. В своих способностях к выживанию на незнакомой планете я была не сильно уверена. Но, если верить валорам, при встрече с толонцами мои шансы стремительно приравняются к нулю. А это недопустимо мало. Значит, нужно куда-нибудь деваться, не слишком далеко, чтоб свои нашли, но так, чтоб враги не догадались. Весь этот квест мне не нравился совершенно.

От таких этих мыслей дыхание судорожно сбилось и из горла вырвался сиплый писк. Нет-нет, отставить. Вот спасут, тогда плакать будем. Торжественно обещаю себе запланированную истерику. Вот найдут меня, так сразу и устроим. С воплями и подвываниями. А пока, терпеть.

Немного встряхнувшись, от чего тело слегка повело, вновь принялась к осмотру доступных мне полезностей в сложном деле выживания.

Надеюсь, меня найдет быстро. Вот минут через двадцать было бы просто замечательно. Меня ведь будут искать? Надеюсь, Нарин и Сумудин меня тут не бросят насовсем.

Нарин

Разбудило чувство неправильности. Не хорошее предчувствие будоражило нервы. Четкое ощущение, что где-то нарушена работа системы, мелькало на границе сознания. Для успокоения запустил полную проверку головного компьютера. Пришедший сигнал о полной исправности насторожил сильнее. Своим ощущениям и предчувствиям я привык доверять. Хватило одного единственного случая, чтоб навеки вечные запретить себе игнорировать интуицию. Решительно встав, отправил сигнал тревоги главам подразделений, старшим помощникам и Таалю. Плохие предчувствия усилились.

На капитанском мостике меня ждали все вызванные офицеры. Видя мое выражение лица, нарушить субординацию решился только Сумудин.

— Нарин, что случилось?

— Предчувствие, — тихо ответил я, проходя в блок управления. Все восемь валоров последовали за мной. Я занял свое рабочее место, командиры расположились полукругом, — Система утверждает, что все в полном порядке. Это не соответствует действительности. Найдите то, что мне не нравиться!

Последние слова вырвались из горла с рычанием. Систему взломали и она выдает неверные данные. Это очень опасная ситуация. Офицеры, уже знакомые с подобными процедурами, приступили к ручной проверке всех показателей. Конечно, их уровень взаимодействия был много слабее моего, но в данный момент это было преимуществом. Их не отвлекал этот зуд, щекотка на внутренней стороне черепной коробки. Планомерная проверка длилась уже более двух часов, когда Лезид поднял свободную руку, привлекая внимание. Немного откорректировав правой, на общий экран офицер вывел изображение. На первый взгляд все было, как положено: пустой коридор с приглушенным освещением, закрытые двери лифта. Лезид опять пошевелил рукой в импульсной жидкости, повтор, и еще, пока я не зафиксировал небольшую точку в углу экрана. Ее нахождение в кадре длилось не более секунды, но она была. Я гневно оскалился, стараясь сдержать злость.

К Лезиду тут же присоединились остальные, выстраивая цепочку событий.

— В момент перекрытия было движение лифта из этого крыла. Спектрограмма указывает на две особи, — Сумудин просматривал биологический анализ поля. Все показатели он из рубки отследить не мог, но что-то улавливал.

— Кто?!

— Не вижу. Хорошее перекрытие, — покачал головой медик,

— Куда?!

— В левое крыло, к спасательным капсулам. Вижу активацию 6 капсул с интервалом в 12 секунд, — отозвался мой руководитель воздушно-атакующих сил, перед которым были открыты на экране все разветвления транспортных систем судна в интересующий нас промежуток времени.