Я, по сегодняшней традиции продолжая немного тормозить, переваривала информацию. Свадьба. У меня сегодня. Нарин организовал для меня настоящую церемонию бракосочетания. От какой-то невозможной сентиментальности в уголках глаз собрались горячие слезы. Несколько мгновений, и слезы побежали по щекам. Валорки заохали, забегали и у меня в руках оказалось сразу штук восемь салфеток. Пришлось срочно объяснять, что я не расстроена, и что это слезы радости. Успокоившись, девочки деятельно принялись за создание красоты. Со смехом, добрыми комментариями и вниманием, за полчаса мне нанесли легкий макияж незнакомыми женскими приспособлениями, завили волосы, и заменили компенсирующий обруч на небольшую диадему.

Когда пришел черед платья, у меня уже зудели ладошки от желания дотронуться до этого чуда. Платье, видимо заказанное по моим меркам, село великолепно. Только в талии было немного тесновато, но дискомфорта не вызывало. Шитое по силуэту, оно расходилось нешироким волнистым подолом от колен. Длинный рукав и тонкое кружево от шеи и гирлянды жемчужных бусин, полукругом свисающие по спине. Проведя ладонями по бедрам, поразилась мягкости материи и снова чуть не зарыдала. Пришлось срочно поднять глаза к потолку, чтоб не испортить работу девочек.

— Хотите посмотреть? — тихо спросила Синга.

На мой кивок, валорки проводили меня в соседнюю комнату, оказавшуюся ванной с большим зеркалом. Конечно, целиком, я в нем не отразилась, но то что видела, было великолепно. Неузнаваемо. Нежный, мягкий, такой непривычный для меня образ, какой-то сказочной принцессы. Поймав эту мысль, чуть улыбнулась. А я ведь, в каком-то смысле и есть она, сказочная принцесса. Единственная оджи закрытого народа Валоры. Удивительно, какие повороты придумывает для нас Судьбы и как они отличаются от наших планов на жизнь.

Сделав снимок на кивер для родных и себя, посмотрела на валорок.

— Спасибо, это просто прекрасно. А вы будете на церемонии?

— Конечно, если вы хотите…

Сумудин, явившись точно в срок, стоял в дверях, ошалело моргая.

— Селена, ты восхитительна. — Выдохнул доктор наконец, делая приглашающий жест рукой. Мы прошли всего два поворота, когда очередной проход привел нас в необычный зал, будь-то вырубленный внутри скалы. Темные стены, на которых светились голубые и зеленые то ли мхи то ли грибы, острые сталактиты, от потолка увитые необычными цветами, невероятно как растущими здесь. А впереди было волшебство. С полотка водопадом свивали белые и жемчужные гирлянды камней, создавая невероятную завесу, которая издавала едва слышный переливчатый звон, колыхаясь. Золотисто-белый свет чуть рассеивал полумрак в центре пещеры, где находился небольшой постамент, на котором ожидали двое.

Нарин, в жемчужно-белом, костюме, с темно-синими вставками, аккуратно зачёсанными наверх волосами, заплетенными в сложную косы с несколькими рядами бусин и прямым решительным взглядом. Рядом был старик в серой многослойной хламиде до земли. Мои мягкие бежевые туфли без каблука позволяли плавно двигаться в полумраке, избавляя от риска падения. Сумудин шел впереди, затем мои нежданные подружки невесты, а уже за ними я, чуть выглядывая из-за процессии. Сумудин свернул на правую сторону от платформы, где сбоку в тени стоял Тааль, валорки полукругом стали с другой стороны. Я приблизилась к платформе в невероятном волнении. Нарин сделал шаг вперед, протянув свою крепкую ладонь и помогая ступить на гладкую поверхность.

Мы стояли на каком-то аналоге белого мрамора, настолько отполированного, что в нем отражались огни, кругом окаймлявшие платформу. Было ощущение, что мы в центра волшебного цветка, и сейчас произойдет какое-то чудо. Глаза Нарина сияли, он едва заметно улыбался своей полуулыбкой, от которой у меня дрожали коленки, поглаживая мою ладонь большим пальцем.

— Та церемония, которую вы попросили, — заговорил старик сильным низким голосом, так не соответствующим его дряхлому виду, — не нужна и не имеет смысла по законам нашего народа. Но, возможно, это то, что требуется. Вы двое, дадите начало новой жизни для нашего народа, новым традициям и друге взглядам на жизнь. Переплетите руки.

Нарин переложил мою правую ладонь в свою правую руку, накрест протянув левую. Мы стояли напротив друг друга, глядя в глаза. Старый наставник вытянул из складок своей необъятной хламиды четки из красных матовых бусин и стал обматывать один конец вокруг наших переплетенных рук. Сделав шесть витков, старец разместил морщинистую бледную ладонь поверх бусин. Его длинные острые ногти были почти черными, и цвет переходил на первые фаланги длинных пальцев. Первой мыслью было, что этот валор постоянно пишет старинным чернильным пером, что, конечно, было невозможно.

— Вас соединила воля Вселенной и не дала выбора, но вы здесь сейчас по своему желанию, — старик запел что-то резкое, будоражащее, что ре-транслятор не смог перевести. Вероятно, это был какое-то древний диалект, что не очень важно. Значимо было то. Что в ответ на это пение, огни над нашими головами стали светиться ярче, а бусины, закрученные вокруг ладоней, начали нагреваться. По телу проходили теплые волны, растекаясь от запястий по всему телу. Синее сияние глаз напротив и яркое свечение огней, громкий голос, нарастающий гулом в ушах и я ПОЧУВСТВОВАЛА как на спине Нарина поднимается гребень, как щекочут шею бусины с левой стороны, как холодит кожу тонкая ткань. Зрачки Нарина расширились, дыхание сбилось, руки жгло горячими бусинами четок. От невероятного переплетения эмоций и ощущений, не зная, где заканчиваюсь я и начинается он я начала тонуть, погружаясь в водоворот, пытаясь отыскать границы себя.