— Семь-бис!

Смена одной схемы на другую, тоже из числа заранее просчитанных. Не идеально, не полностью реализовать получится, но мы то всегда готовы импровизировать. «Ландскнехт» всей своей массой ломится вперёд, к «Крепости», желая учинить той ближний бой, ну а «Сокрушитель», напрочь игнорируя вражеского тяжа, взмывает в воздух и, после антиграва задействовав движки, устремляется к «Кочевникам». Понятное дело, что если Бельской удастся навязать тем ближний бой, то её генератор сингулярности от любого из упомянутых колоссов кусок перекрученного железа с примесью пластика оставит.

Тяж в воздухе, да в пределах досягаемости, да ещё когда противник обладает штурмовыми колоссами с преимущественно ракетным вооружением! Подобным грешно не воспользоваться. Вот и воспользовались «Кочевники», щедро выбросив то, что явно было их неприкосновенным запасом, раз уж такой шикарный вариант подвернулся.

Нет, шалишь. Взмывающий в воздух «Сокрушитель» был приманкой, не более того. Отключение антиграва, отработка движками в противофазу, и вот семидесятитонная машина рушится обратно, рискуя изрядно долбануться о земную твердь. Но в самый последний момент вновь сработавший антиграв смягчает неминуемую встряску. Только вот Бельской от этого не шибко лучше. Хреновато ей, откровенно говоря. Даже ругаться сил нет, только жалобный стон и слышен. Перегрузки, встряска… и боевые коктейли, вспрыскиваемые ей в кровь системой жизнеобеспечения.

Зато оба «Кочевника» на несколько мгновений, но стали уязвимыми, замерев. Полный ракетный залп — штука серьёзная, как ни крути. И как раз тогда один из них получил по полной от меня, Свирского, выскочившей из-под защиты «Ландскнехта» О’Мэлли на своём «Шквале». А ещё с фланга долбанула Трайдент, только-только подобравшаяся на не своём, но временно выданном ей «Стоике» По любому неплохо получилось, про результат и говорить нечего. Уничтожить вполне себе неплохого колосса средней весовой категории таким манером сложно, но вот снести щит и как следует попортить броню — это уже другое, вполне достижимое.

Старое доброе нарушение координации движений. Видать, тому самому «Кочевнику», под удар попавшему, повредили что-то в системе управления. Стрелять может, а вот нормально двигаться — это уже проблемы. И пока «Крепость» полностью занята попытками сдержать «Ландскнехта», прожигающего лазерами, проплавляющего выстрелами из плазмоганов и проламывающего гауссовками её вот реально толстую броню — остаётся нашими лёгко-средними колоссами окончательно раздолбать «Кочевников». Уж подранка так точно.

Трайдент! Вот какого беса нужно лезть в банзай-атаку, привлекая на своего «Стоика» повышенное внимание? Ну да, этот колосс, хоть и средний, но после модернизаций «фирмой Звездная Стража» и силовой щит неплохой заимел, да и материалы брони в лучшую сторону изменились. Но всё едино — не тяж это, тут подобное не катит. Это ж не «Гром», совсем… Твою мать! Наше новоприхваченное чудо в перьях последние гуманитарно-практические занятия по пилотированию в симуляторе именно что на «Гром» налегало. Видать, забыла, в каком именно колоссе сейчас находится, потому и геройствует. У «Стоика» то пиковой нагрузки реактора нет и не предвидится, а она смело так на щит всё принимает, будто в запасе ещё тот самый резерв, ети его за ногу.

Останавливать эту берсеркствующую, которая к тому же пока не вдолбила в подсознание правильную реакцию на мои окрики? Только время терять. Потому остаётся воспользоваться ситуацией.

— Добить калек. «Крепость» — Сэм. «Кочевник» — беспокоящий от Бельской.

Мария и правда, сейчас только беспокоящий огонь вести и могла, находясь в полуконтуженном состоянии заодно со своим колоссом. После довольно жёсткого приземления системе позиционирования конечностей требовалось перезагрузиться прокачать тесты хотя б по минимуму. Да и реактор давал о себе знать на тревожный манер. При таком раскладе желательно снижение мощности до близкой к минимуму. Иначе… Нет, не взорвётся колосс, но вот в дальнейшем серьёзные проблемы. ремонт, прочие сомнительные радости. Без крайней необходимости до подобного лучше не доводить. И вообще, бой сейчас даже в миттельшпиль толком войти не успел.

Что делают наёмники, понимая, что дело пахнет керосином? Тем самым, который, воспламенившись, уже успел подпалить их собственную драгоценную шкуру? Верно, начинают заботиться о правильном отступлении. И у этой троицы был бы очень неплохой шанс отступить, особенно если скоординироваться с другими двумя отрядами… правильным образом. Только проблема заключалась в том, что один из этой троицы явно был прежде всего упертым культистом, а не умеющим гибко и верно оценивать ситуацию. Я сейчас про пилота «Крепости», который продолжал исполнять ранее полученный и, видать, до сих пор не отменённый приказ.

Есть контакт! В смысле, попадание. Да особо удачное. Удалось влепить из плазмогана в плечо «Кочевнику», в результате чего левая конечность которого обвисла мёртвым грузом. Не то управляющий контур, не то сам механизм в негодность пришёл. Есть ли разница? Ни малейшей. Нарушение координации, так и не восстанавливающийся силовой щит, пробоины в корпусе. Теперь рука… Пилоту подранка оставалось разве что драпать. Но не со всех ног по причине проблем с координацией, а в воздух и на реактивных движках. Это он и попытался было сделать, но получил ещё несколько весомых плюх. Выбивание прицельными выстрелами из лазеров реактивных движков — это не просто так, а вполне себе грамотная тактика. А посему…