— Лучше здравомыслящий англичанин, чем безумный француз на троне! — с горячностью возразил Ранд.

Лианна остановилась и изучающе посмотрела на него.

— Вот ты — француз. А под чьими знаменами ты будешь сражаться? На чьей стороне?

Поняв, что чуть не выдал себя, Ранд судорожно сглотнул и с трудом выдавил улыбку.

— Конечно, на стороне вдов и сирот.

Девушка усмехнулась.

— Очень удобный ответ.

Ранд с удивлением обнаружил, что ему приятно беседовать с женщиной на столь серьезные темы.

— Ты здраво рассуждаешь о таких вещах, о которых даже многие мужчины не имеют понятия, — восхищенно заметил он.

— Я не из тех, кто в трудное для страны время остается в стороне и делает вид, что ничего не знает и не понимает. Как раз этого бы так хотелось английским вельможам, но мне глубоко безразлично их мнение.

«Как бы мне хотелось, чтобы ты думала об англичанах по-другому», — мысленно пожелал Ранд, наблюдая за игрой солнечного света в белокурых волосах девушки.

* * *

Наконец, впереди показалась поляна. Присмотревшись, они заметили обветренный каменный крест; неподалеку от него в тени огромных древних буков спокойно пасся конь Ранда. Почувствовав хозяина, он поднял голову, навострил уши и тихо заржал. Пятнистые упитанные бока лошади блестели под лучами нежаркого мартовского солнца.

Лианна остановилась и с видом знатока принялась внимательно осматривать крепкого рослого жеребца, затем перевела взгляд на Ранда.

— Мне кажется, ты должен все-таки объяснить, кто же ты есть на самом деле, — в ее голосе чувствовался вызов, а серебристые глаза холодно скользнули по фигуре юноши, начиная от макушки его светловолосой головы и кончая шпорами на заляпанных грязью сапогах. — Одет ты просто, но твой конь совсем не похож на тех лошадок, которые трудятся с утра до вечера.

Ранд в который раз восхитился проницательностью Лианны. Да, она не принадлежит к тем, кого можно легко обвести вокруг пальца…

— Шарбу — подарок, — улыбнулся он, признавая ее правоту.

Рука юноши непроизвольно коснулась небольшого бугорка на груди: под кольчугой находился еще один подарок — амулет с леопардом. Своими дарами король Генрих связал Ранда по рукам и ногам, как паук опутывает паутиной свою жертву.

Лианна сняла с плеча аркебузу, прислонила ее к дереву и смело подошла к коню.

— Шарбу, — мягко произнесла она, гладя бархатистую морду. — Какое прекрасное мужественное имя. Расскажи-ка мне, Шарбу, о своем хозяине. Он, действительно, из Гаскони, как утверждает? А, может быть, он — разбойник?

Конь тихонько заржал и помотал головой, словно не соглашаясь с Лианной. Ранд как завороженный во все глаза смотрел на хрупкую девушку, прильнувшую к шее его лошади, не в силах вымолвить ни слова.

Наконец, он порывисто шагнул к ней и с вызовом спросил:

— Если ты считаешь меня разбойником, почему же не падаешь в обморок и не визжишь от страха?

— А я никогда не падаю в обморок, — самодовольно заметила Лианна. — И редко кричу. Но ты мне так и не ответил, — напомнила она.

— Я… странствующий рыцарь, Лианна, и могу тебе поклясться чем угодно, что не разъезжаю с разбойничьими бандами. А вот с тобой я бы покатался с большим удовольствием, — сказал Ранд, меняя тему беседы. — Позволь мне доставить тебя в Буа-Лонг.

— Нет, — поспешно ответила девушка. — Думаю, что тебе лучше держаться подальше от замка.

Ее отказ удивил Ранда. Неужели владелица замка жестоко карает всех, кто без разрешения вторгается во владения? А может быть, она не доверяет Лианне?

Он не удержался от соблазна и прикоснулся пальцами к волосам девушки; на ощупь они оказались как шелковая пряжа. Не желая вот так просто расставаться с Лианной, Ранд настойчиво спросил:

— Разве Буа-Лонг — такое негостеприимное место?

— Боюсь, что он вынужден быть таким, — грустно улыбнулась она, и в ее глазах промелькнуло сожаление.

Ранда охватило сильное волнение, ему хотелось прижать к себе эту маленькую упрямицу, окружить ее нежностью, которая подобно весеннему цветку распустилась в его сердце с того момента, когда он увидел Лианну.

— По крайней мере, позволь хотя бы немного проводить тебя, — настаивал Ранд.

Девушка колебалась и, в конце концов, ему удалось настоять на своем. Дальнейший путь они продолжили верхом на Шарбу. Аркебуза была перекинута через седло, а Лианна устроилась за спиной Ранда, обхватив его за талию.

Жеребец постепенно перешел на шаг, и между молодыми людьми снова завязалась беседа. Ранд узнал, что Лианна всегда собирает крошки от завтрака, чтобы подкормить семью ласточек, которая обосновалась на стене замка, и сам рассказал, что играет на арфе и сочиняет песни. Потом она призналась, что обожает сладости, а он — что любит беседовать с Шарбу.