«А ловко ты пристроилась, Саэта!» – усмехнулась про себя женщина.

Над рекой стелилась призрачная дымка утреннего тумана, который кое-где заползал в низины пологого берега. Над домами в пригороде поднимались столбики дыма. Эта картинка вытаскивала воспоминания детства. Хоть Саэта и считалась дочерью барона, жили они практически по-крестьянски, держали скотину… И каждое утро надо было нагреть воды и плеснуть в загон к болотникам. Потом выгнать пастись в стало молочных кобыл. Собственно, она в конные стрелки-то попала, что умела обращаться со скотиной. Ну, и драки между деревенскими детьми – это практически норма. А ее отец немного подучил, так что тумаки она приноровилась раздавать лихо, поэтому она всегда верховодила в ватаге их конца деревни. И эта привычка командовать потом тоже пригодилась…

А все-таки она не покривила душой, когда разговаривала с Самантой. Действительно, вот сейчас, в месте, где она сама себя съедала воспоминаниями, даже здесь ее больше не тяготило прошлое. И один золотоволосый парень на самом деле закрыл в ее сердце ту зияющую сквозную рану…

«Э-э, а ты часом не влюбилась, женщина!?»

Саэта сначала нахмурилась. А потом по ее губам скользнула улыбка. А, собственно, в чем проблема? Даже если и влюбилась, так ведь, считай, в законного мужа.

По лицу женщины пробежало лукавое выражение. Так забавно выходило, когда он с ней рядом. Он реально не видит проблемы в том, что она старше. Более того, он этим активно пользуется. Иногда берет и намеренно выставляет ее вперед. Ее, естественно, воспринимают этакой «мамочкой» (аналог земного «папика»), а потом этот юноша, внимательно выслушавший доводы, сам вступает в разговор. Выходит забавно.

«Забавно и крайне результативно».

Она сначала думала, что в дуэте Тайфолов все же верховодит Саманта. И многие так думают до сих пор. Пока не столкнутся с ними по серьезному. И выходило так, что в определенный момент, из-за плеча умной, расчетливой не по годам, красивой девушки, выходил… больше всего это напоминало появление матки антов. То есть и до этого было не сильно легко, но когда появляется Аринэль все становится совсем глухо. И ведь он как-то умудряется сначала сделать так, что разумные, даже зная, кто он, не воспринимают его сильно всерьез. Расслабляются… И следует четкий, выверенный, точный выпад. Приятно быть на той стороне, которую они защищают. Такое ощущение возникало, будто стоишь на высоченной башне и тебе глубоко плевать, что там у подножия происходит.

Колесник, следуя руслу реки, завернул влево. И пристань Рорена скрылась из виду. А сюда, на песчаную косу они, преподаватели, ездили отдыхать, когда очередной выпуск сажали на колесники. Кстати, в тот день, когда в Рорен приехал Аринэль, Саэта возвращалась как раз отсюда, правда, по пути немного добавив. Женщина усмехнулась, когда вспомнила тот вечер. Правда, там были лишь какие-то обрывки воспоминаний. Вот лицо Ари, когда он ее в ванную притащил… А ведь у нее тогда переклинило, когда его увидела. Ей показалось, что на крыльце стоит Бран…

А вообще, странная у Ари линия поведения. Сначала Саэта даже хотела об этом поговорить (с Анти, естественно, с мужчинами о таком не говорят). Насчет того, что он как-то слишком много дает свободы. В том смысле, что создавалось впечатление, будто ему все равно, что его женщины делают. Это немного… Ну, обижало! Но и тут была эта многослойность. Внешне, делай, что хочешь. Чуть поглубже копнешь, натыкаешься на: «но я слежу за тобой!». А если удастся рассмотреть еще дальше, то оказываешься перед каким-то натурально монстром. И он так когтистой лапой все свое к себе подгребает. И совершенно не возникает желания с одной стороны вырваться, потому что этот монстр, это твой монстр. А извне почему-то не находится желающих с ним спорить. Но в то же время… Мариан Аванти он держать не стал. Молодые еще этого не поняли, кроме Анти, конечно, но там особый случай. Но вот этот фокус, что нет принуждения, вот именно он и заставляет их буквально прыгать на него. А это уже наверняка привет от Брана. Тот делает ровно также. И ее история тому пример…

Саэта нащупала в кармане ключ. Здесь двери запирались на замки…

«Ну, а почему нет?» – подумала женщина и сощурилась.

Раз уж она не спит, то почему ее мужик все еще дрыхнет, когда требуется мужское внимание? Непорядок!

Выделенный Деннаром для четы Тайфол и Ремулуса Аванти колесник был небольшим, но очень быстрым. Для приведения его в движение использовались две лошади, но по хитрому. Они не по кругу в машинном отделении ходили, а бежали внутри здорового барабана, причем не обе сразу, а попеременке. Ходовое колесо было одно и располагалось не по бокам, а сзади судна. А еще у этого колесника имелось парусное вооружение, как у морского корабля. Поэтому, Бран и Мара увидели замок Рорен меньше чем через сутки. А вот их спутник, проворчав, как его заколебала столица, завалился в каюту и задрых. И совершенно не интересовался окружением.

А вот Бран по пути излазил весь корабль. Глянулся ему этот колесник. Мара смотрела на это с улыбкой, увлекающуюся натуру своего мужа она прекрасно изучила. И можно быть уверенным, что вскоре Бран, да еще в преддверии того, что до марки можно будет дойти по реке, такой корабль себе пробьет. И не один.

– Ты всерьез хочешь оставить замок на Грега? – спросила Мара, когда Бран, утолив свое любопытство насчет корабля, стал обсуждать с ней дела марки, в разрезе будущих событий.

Стояли они на узенькой палубе, скорее даже это было просто проход и смотрели на замок Рорен.

– Ну, ты же знаешь, он всегда был серьезным, – ответил Бран. – Вспомни, он в детстве в своей комнате порядок сам наводил. Да и лучшего партнера для дварфов не найти. Тем более, если он зять одному бородатому кровопийце. Ну, и мы никуда не денемся, если что. Легионный городок будет рядом стоять.

– А ты опять, значит, решил погулять, да? – ехидно заметила Мара.

– Ну… – Бран слегка смутился.

– Понятно, – усмехнулась Мара.

– Но не один, – заметил Бран. – Ты как, матушка, еще не забыла, что такое центурией командовать?